А. Н. Валиахметов. Казань и казанцы в 1918 г. в описании чехословацкого легионера Й. Мехуры

События Гражданской войны в России даже через сто лет после ее завершения вызывают бурные дискуссии в историческом сообществе. Особое место в ее истории занимают события на территории Казанской губернии. Боевые действия под Казанью в 1918 г. кардинально изменили ход войны. Во-первых, для большевиков взятие Казани стало своеобразным «Вальми русской революции», то есть первой крупной победой. Во-вторых, оставление Казани стало первым шагом к тому, что авторитет представителей социалистических партий (социалистов-революционеров и меньшевиков) в антибольшевистской борьбе был подорван, и инициатива в этой борьбе в дальнейшем перешла к более правым элементам. Казань, которая всегда была перекрестком торговых путей и точкой культурного транзита, стала в тот момент времени символом транзита силы, а затем и власти. Важную роль в борьбе за Казань сыграли легионеры Чехословацкого корпуса. Именно они стали одной из главных причин подобного транзита. В этой связи, весьма любопытной представляется попытка взглянуть на эти события глазами чехословацких легионеров. Источниковой основой статьи стало произведение чехословацкого легионера Й. Мехуры «Разведчики у Казани» (Брно, 1932). Данный текст не был предметом отдельного и специального анализа в отечественной историографии. В этом заключается новизна статьи. Текст Й. Мехуры – это не «туристические заметки», а скорее общественно-политический очерк о ситуации в городе в августе-сентябре 1918 г. Одной из приоритетных тем для автора (наряду с непосредственным описанием боевых действий) является проблема реакции местного населения на события, происходящие на фронте, и его невступление в ряды Народной армии. В описании Й. Мехуры, Казань – один из форпостов антибольшевистской борьбы, однако местное население не торопилось оказывать военную поддержку этой борьбе. Сделан вывод о ценности произведения Й. Мехуры как для понимания логики дальнейших действий чехословацких легионеров, так и для понимания логики развития гражданской войны в целом.
Тип статьи:
Научная статья
Язык статьи:
Русский
Дата публикации:
26.10.2020
Приобрести электронную версию:
0 руб.
Статья представлена в издании
Гасырлар авазы - Эхо веков 3 2020
Ознакомительная часть статьи

Отечественная историография Гражданской войны в России насчитывает примерно столько же лет, сколько прошло с момента завершения войны – около 100. На протяжении всего этого периода сочинения представителей антибольшевистских сил имели особый статус. Отношение к ним менялось в зависимости от исторической эпохи. В советской историографии данные работы либо игнорировались, либо рассматривались, но только в качестве свидетельств, подтверждающих господствующую на тот момент точку зрения. В современной отечественной историографии данные работы рассматриваются скорее для дополнения, конкретизации или уточнения имеющийся картины. К тому же, на современном этапе одним из новых, актуальных подходов в исторической науке является изучение истории через образ «другого». В данном случае «другой» будет не объектом изучения, а скорее своеобразным медиатором, который может предложить «свежий взгляд» на события изучаемого исторического прошлого.

Труды представителей антибольшевистских сил интересны прежде всего для понимания процессов, которые происходили в их среде. В этом смысле особый интерес представляют труды чехословацких легионеров. Под легионерской историографией подразумевается комплекс работ, для которого характерна определенная общность происхождения (авторы – бывшие легионеры Чехословацкого корпуса в России и ряде других стран) и взглядов при оценке роли и значения Чехословацкого корпуса в Гражданской войне в России и в деле борьбы за независимость Чехословакии. Этот комплекс включает в себя произведения самых разных жанров: исследования, художественные произведения, воспоминания, дневники, фотоальбомы. Среди авторов этих работ практически не было профессиональных историков. Однако именно чехословацкие легионеры были творцами истории (во всех смыслах этого слова) Чехословацкого корпуса в России. По этой причине данную группу изданий можно назвать не только чехословацкой легионерской историографией, но и легионерской исторической литературой. Примером такой работы, которая сочетает воспоминания с попытками обобщения, является сочинение Й. Мехуры, который не только излагал свои воспоминания, но также использовал приказы, инструкции, донесения и пытался все это обобщить.

Борьба за Казань в августе-сентябре 1918 г. была одним из наиболее значимых и важных эпизодов в истории Гражданской войны в России. События под Казанью представляют особенную значимость и для чехословацких легионеров: с одной стороны – это был пик успехов Чехословацкого корпуса в Поволжье, а с другой стороны – именно после вынужденного оставления Казани началось постепенное снижение морального и боевого духа в среде белочехов. Неудивительно, что они обращались к теме борьбы за Казань в 1918 г.: помимо упомянутого выше Й. Мехуры, следует также назвать Ф. Лангера1 и К. Терингла2. При этом произведение Ф. Лангера ближе к жанру художественной литературы. Однако «казанский сюжет» (в силу его важности) нашел отражение и в других работах чехословацких легионеров, не посвященных специально событиям в Поволжье в 1918 г.

Современная чешская историография также обращается к «казанской трагедии»3, при этом автор данной монографии (Д. Ваха) ссылается на сочинения Ф. Лангера, К. Терингла и Й. Мехуры. Вслед за ними Д. Ваха обратил внимание на противоречие: с одной стороны – местное население, которое наблюдало за боевыми действиями только «по биноклям» и проводило праздничные мероприятия (балы), а с другой – чехословацкие легионеры, которые вели упорные бои на подступах к Казани4.

В центре внимания настоящей статьи – текст, созданный Йозефом Мехурой. Для нас интересно не то, как Й. Мехура оценивал значение казанских событий лично для себя и для Чехословацкого корпуса в целом, а то, как он воспринимал и описывал Казань и ее жителей в этот период. Это и было целью нашего исследования.

Произведение Й. Мехуры получило высокую оценку в чехословацкой историографии межвоенного периода (1918-1939). Й. Куделя назвал его книгу «качественной и ценной»5. По его словам, в работе Й. Мехуры «мы впервые получаем связный рассказ о том, что наш простой солдат испытывал и чувствовал, думал и страдал при обороне этого крупного поволжского города»6. Й. Куделя назвал это произведение «чистым зеркалом», в котором отразилось то, как под Казанью был сломлен энтузиазм чехословацкого войска7. Он полагал, что «профессиональная разработка» событий под Казанью еще ждет своего историка, однако в этом смысле произведение Й. Мехуры имеет приоритет над непосредственно воспоминаниями и является ценным источником для историков8.

Й. Мехура прибыл в Казань вечером 18 августа 1918 г., примерно через две недели после захвата города чехословацкими легионерами9. В Казани он действовал в составе кавалерийской разведки 2-го полка10. Еще до прибытия в город информации о нем у легионеров было крайне мало: «Казань была нам менее известна. Там не было известных нам лагерей для военнопленных, из которых к нам набирали добровольцев, таких как Ташкент, Дарница, Тюмень и т. п.»11. Однако у тех легионеров, которые прибыли в Казань не в начале августа 1918 г., а позднее (к их числу относился и Й. Мехура), информация о городе уже была: «В Казани была горстка наших из первого полка»12. Именно взятие Казани в начале августа 1918 г. и ввело Казань в информационную повестку чехословацких легионеров.

Казань произвела на Й. Мехуру и его сослуживцев «самое лучшее впечатление». И не только потому, что это был «большой и богатый город», но и потому, что он выступал «за новую русскую демократическую антибольшевистскую власть»13. В Казани были крупные военные склады и много всяческого провианта14. Й. Мехура первоначально полагал, что местные жители смотрели на легионеров, прежде всего, как на «моральную опору»15.

Однако со временем часть этих представлений стала развеиваться. Уже первое утро в Казани убедило легионеров, что город находится в непростой ситуации; к тому же легионеры из первого полка говорили о том, что на фронте много работы, и помощь от местных сил является слабой16. Именно эта тема – роль местных жителей в антибольшевистской борьбе – и стала одной из основных для сочинения Й. Мехуры.

По его мнению, для такого большого города, как Казань, обеспечить себя военной силой было бы «игрушкой», однако этого не происходило, и подкреплений не было17. К концу августа Й. Мехуре стало казаться, что Казань замыкается в красном кольце, и у него, как и у его сослуживцев, возникал один вопрос: «А где русские?»18. К этому времени чехословацкие легионеры осознавали, что если они не удержат Казань, то большевики легко вытеснят их со всего Поволжья19.

При этом Й. Мехура повторил тезис о том, что они не могли особо рассчитывать на помощь местного населения20. В результате общения с представителями казанского штаба и местным населением, у чехословацких легионеров стало пропадать желание вести утомительные бои за город21. У казанского штаба были отряды офицеров, но не было войска22. Й. Мехура нарисовал яркую и колоритную картину, в соответствии с которой, рядом с напуганными от страха ребятами-новобранцами были «городские богачи и блестящие офицеры с девчатами», которые в бинокль наблюдали за их учениями23. Чехословацким легионерам стало казаться, что их экспедиция в Казань «была кровавой поездкой для времяпрепровождения казанских щеголей и богачей»24. Одну из глав своего произведения Й. Мехура назвал «Трусливый город»25. После 6 сентября 1918 г. чехословацкие легионеры вели упорный бой не только «против красного потока впереди», но «и против небывалой медлительности, народного равнодушия, лени и трусости позади в Казани, за которую была пролита чехословацкая кровь от Казани до Романовского моста»26.

Местные жители рассчитывали на то, что чехословацкие легионеры чуть ли не в одиночку справятся с большевиками, выступали с призывами вступить в Народную армию, но перед винтовкой «каждый скрывался в своей берлоге»27.

На Казань наступали превосходящие силы красных. Полковник Швец уведомил казанский штаб, что в этих условиях город удержать невозможно: 8 сентября 1918 г. чехословацкие части стали отходить с фронта, и их места «заняли напуганные отряды быстро согнанных молодых людей, тем самым судьба Казани была предрешена»28.

Местные жители до последнего надеялись на чудо в исполнении «чехословаков и Каппеля»29. Казанский штаб до последнего выпускал обращения, в которых говорилось о том, что чехословацкие легионеры продолжают действия под Казанью30. По этой причине, для местного населения известие об отступлении чехословаков было словно «удар обухом по голове»31: они выбегали ночью из своих домов и спрашивали, действительно ли чехословацкие легионеры покидают Казань32. У Й. Мехуры сложилось впечатление, будто бы «вся Казань решила отъехать с нами»33. Однако на пристани Лаишев беженцев ждало горькое разочарование: чехословацкие легионеры не могли взять с собой всех желающих, а казанский штаб «не позаботился об организации переправы своих сторонников в случае отступления»34.

Свидетельства и оценки, приведенные Й. Мехурой, были особенно ценны в советское время для советской историографии. По сути дела, подобные свидетельства показывали, что в лагере антибольшевистских сил была определенная дезорганизация, местное население (даже то, которое имело антибольшевистский настрой) в Народную армию шло крайне неохотно, а основная тяжесть боев легла на плечи легионеров Чехословацкого корпуса. Все это подталкивало к выводу о том, что у местных антибольшевистских сил не было надлежащей и достаточно надежной социальной опоры (которая не просто разделяла бы антибольшевистские взгляды, но и была бы готова за них сражаться).

Йозеф Мехура, как вероятно и многие другие чехословацкие легионеры, которые летом 1918 г. решили поддержать антибольшевистские силы, к осени 1918 г. пришел к выводу, что в сложившихся условиях подобная поддержка не представляется более возможной. Их бывшие союзники назвали подобные действия «предательством интересов русской демократии», а сами чехословацкие легионеры посчитали это продолжением борьбы за достижение своих национально-освободительных целей далеко за пределами своей родины.

 

ПРИМЕЧАНИЯ:

1. Langer F. Za cizí město. – Irkutsk: Inf. osvět. odbor čsl. vojska na Rusi, 1919. – 80 s.

2. Teringl K. Desáta rota pod Kazaní. – Praha: Otakar Vaněk, 1935. – 271 s.

3. Vácha D. Horké léto 1918: Čechoslováci ve víru ruské občanské války. – Epocha, 2018. – S. 81-93.

4. Там же. – С. 88.

5. Měchura J. Rozvědčíci u Kazaně. – Brno: Moravský legionář, 1932. – S. 5.

6. Там же. – С. 5-6.

7. Там же. – С. 6.

8. Там же. – С. 7-8.

9. Там же. – С. 54.

10. Там же. – С. 7.

11. Там же. – С. 51.

12. Там же. – С. 52.

13. Там же. – С. 54.

14. Там же. – С. 54-55.

15. Там же. – С. 54.

16. Там же. – С. 55.

17. Там же. – С. 60.

18. Там же. – С. 119.

19. Там же. – С. 120.

20. Там же. – С. 132.

21. Там же. – С. 132-133.

22. Там же. – С. 133.

23. Там же.

24. Там же.

25. Там же. – С. 139.

26. Там же.

27. Там же. – С. 140-141.

28. Там же. – С. 148.

29. Там же. – С. 151.

30. Там же.

31. Там же.

32. Там же.

33. Там же. – С. 153.

34. Там же. – С. 154.

Для получения доступа к полному содержанию статьи необходимо приобрести статью либо оформить подписку.
0 руб.
Другие статьи
Поздравление председателя Государственного комитета Республики Татарстан по архивному делу Г. З. Габдрахмановой к 25-летию журнала
Слово редактора Ф.Л. Гумарова к 25-летию журнала
Экскурс в историю журнала «Гасырлар авазы – Эхо веков» и пожелания редакции от автора
Воспоминание о первом редакторе и основателе журнала «Гасырлар авазы – Эхо веков» Дамире Рауфовиче Шарафутдинове
В статье представлены вехи биографии и творческой деятельности пионера советского краеведения в Набережных Челнах Анатолия Григорьевича Дубровского (1932-2019)