Абидулин А. М., Аюпова Н. И. Хиджазская железная дорога и путешествие Н. В. Терлецкого

Важнейшим проектом, реализованным в рамках государственной идеологии панисламизма периода правления султана Абдул-Хамида II, было строительство Хиджазской железной дороги. Эта железнодорожная линия должна была обеспечить паломникам комфортное путешествие к святым для мусульман местам в Мекке и Медине. Удаленность региона Хиджаза от метрополии привела к тому, что в конце XIX в. контакты официальных властей выражались в виде участия чиновников в религиозных церемониях и передачи подарков и пожертвований султана-халифа религиозным деятелям. Вожди племен фактически вели самостоятельную политику в регионе при явном невмешательстве османских властей. Отсутствие коммуникаций, особенности климата, эпидемии мешали официальным властям активно участвовать во внутриполитической жизни региона и влиять на население. Именно поэтому строительство железнодорожной и телеграфной линии позволяло укрепить султанскую власть в регионе. Безусловно, масштабный строительный проект очень сильно зависел от экономического состояния Османской империи, но, по проведенным расчетам, железная дорога должна была быстро окупиться и прославить султана Абдул-Хамида II. В османских архивах отложилось достаточное количество документов, имеется мемуарная литература и газетные публикации, освещающие строительство Хиджазской железной дороги. Значительное количество документов содержат и европейские архивы, но в первую очередь для отечественных исследователей-османистов интерес представляют документы, отложившиеся в российских архивах, и сведения в сообщениях современников. В связи с этим для исследователей будет интересна публикация сообщений Николая Васильевича Терлецкого о его путешествии в регион Хиджаза. Опубликованные весьма небольшим тиражом и сохранившиеся по одному экземпляру в Российской национальной библиотеке и Российской государственной библиотеке, заметки о Хиджазской железной дороге Н. В. Терлецкого представляют отдельный интерес для исследователей-османистов. Биография и научное наследие офицера Русской императорской армии, востоковеда, лексикографа и этнографа Н. В. Терлецкого, до сих пор остаются не исследованными.
Тип статьи:
Научная статья
Язык статьи:
Русский
Дата публикации:
26.09.2019
Приобрести электронную версию:
0 руб.
Статья представлена в издании
Гасырлар авазы - Эхо веков 3 2019
Ознакомительная часть статьи

Говоря об Хиджазской железной дороге и ее описании современниками, справедливо сделать небольшой экскурс в историю этого проекта. Для исследователей-османистов представляют определенный интерес государственные пропагандистские кампании в рамках идеологии панисламизма в эпоху правления султана Абдул-Хамида II. Подготовка и строительство Хиджазской железной дороги является одним из основных реализованных проектов в рамках концепции исламского единства.

Имперская идеология и практика в Османской империи XIX – рубежа XX вв. отмечены возвращением во внутреннюю и внешнюю политику религиозного фактора. Вновь в османском обществе, а затем и в исламском мире становится популярной идея возрождения халифата как основной составляющей концепции исламской солидарности. Все пропагандистские проекты, которые были осуществлены в рамках идеологии панисламизма, в том числе самый крупный из них – Хиджазская железная дорога, являлись важнейшими инструментами официальной власти, распространяя имперские ценности в османском обществе. Так же пропагандистские проекты обеспечивали стабилизацию имперской власти в Османской империи. При этом, несмотря на явный консерватизм идеологии панисламизма, эта идеология, имевшая практическую реализацию, продемонстрировала высокую степень динамизма и гибкости султанской власти и ее способность адаптироваться к вызовам эпохи.

Конечно, проект не мог быть реализован без участия иностранных инженеров. Но по стечению обстоятельств Хиджазская железная дорога фактически обязана своим появлением немецкому инженеру. Архитектором и непосредственным организатором строительства был Генрих Август Майснер (1862-1940)1. В наши дни его имя забыто как в Германии, так и в Турции. Это несмотря на его огромный вклад в развитие сети железных дорог Османской империи и Турецкой Республики. А самое главное, что за ним стоит практическая реализация самого крупного проекта в рамках пропагандистких компаний султана Абдул-Хамида II. Возможно, он был забыт, поскольку принадлежал к проигравшей стороне в Первой мировой войне. Генрих Майснер был выпускником Дрезденского технического колледжа. И время его становления как инженера приходится на период бурного развития сети железных дорог в Германии. Молодой инженер был приглашен османскими властями, достаточно быстро изучил османский язык и в возрасте 24 лет обосновался в Османской империи. В период с 1886 г. Майснер в качестве инженера участвовал в сооружении железных дорог на территории Южной Болгарии, Малой Азии, Македонии и Фракии. Когда султаном была инициирована подготовка к строительству Хиджазской железной дороги, в Дамаске была созвана комиссия «Heyet-i İstikşafiye» (Исследовательская комиссия) в составе шести османских инженеров: Османа Нури-бея, Февзи-бея, Мухтар-бея, Османа Фитри-эфенди, Неджипа-эфенди и Ибрагима-эфенди. Перед началом проектировки и строительства члены комиссии исследовали местность, где должна была пройти железнодорожная линия. Опыта подобного масштабного строительства инженеры комиссии не имели, возник ряд разногласий, которые привели к тому, что власти поручили строительство некоему итальянскому инженеру Лабелле. Но инженер Лабелла тоже оказался не вполне компетентным в реализации столь масштабного проекта и был вынужден оставить строительство на подготовительных этапах2. После этого строительство Хиджазской железной дороги было получено Генриху Майснеру, т. к. он имел большой технический опыт и прекрасно знал все существующие железные дороги империи. Важным в реализации проекта было и то, что Майснер превосходно владел османским языком3, это во многом облегчало его взаимодействие со строителями и османскими чиновниками. Реализация этого технически сложного стратегического проекта находилась под контролем Великого визиря, но на практике проектирование, принятие решений и контроль за строительством Хиджазской железной дорогой осуществлял Генрих Майснер. Созданный по распоряжению султана Абдул-Хамида II «Комитет по строительству железной дороги» находился в Стамбуле и на практике из-за сложностей в коммуникации не руководил строительством. Майснер и группа инженеров под его началом, в составе Мигорского, Ришара, Мухтар-бея, Неджип-бея и Нури-эфенди, провела мензульную съемку и пикетаж практически всей территории, через которую должна была пройти железнодорожная линия. Проектная комиссия, в составе Мухтар-бея, Эдуарда Забловского, Милошевича, Нури-эфенди, Равони, Фабловского, Назиф-бея, Мисак-эфенди4, на основе полученных данных рассчитала и нанесла на карту места, где должны были быть построены водопропускные трубы, мосты, расположены станции. Еще две комиссии занимались проектированием железнодорожной линии. Области Хиджаза, закрытые для немусульман, были исследованы османскими помощниками Майснера.

Для получения доступа к полному содержанию статьи необходимо приобрести статью либо оформить подписку.
0 руб.
Другие статьи
Деятельность купеческой династии Гирбасовых в рамках акционерного товарищества, на основе анализа Отчетов торгово-­промышленного товарищества «Ф. П. Гирбасова с сыновьями и К°», от
В статье анализируются особенности функционирования древнетюркских личных имен в татарском ономастиконе. Материалом исследования выбраны опубликованные тексты орхоно-­енисейских па
Статья посвящена анализу советского законодательства 1940-1950-х гг. при исследовании проблемы взаимоотношений власти и молодежи. Дана видовая характеристика законодательных источн
Статья посвещена малоизвестным фактам политической биографии Г. Губайдуллина в условиях русской революции 1917 г., его активному участию в общественной жизни татарского народа, в р
Описана датированная 10 июля 1935 г. «Справка иностранного отдела НКВД СССР о татарской белой эмиграции на Дальнем Востоке “О состоянии татарской белой эмиграции на Дальнем Востоке
Сделан вывод о том, что возникшие ранее рунического письма родовые тамги могли сыграть определенную роль при его создании, а символико-смысловая природа рисунка тамг могла стать пр