Бурдина Г. М. Елабужский государственный учительский институт в годы Великой Отечественной войны (к 120-летию со дня основания)

Годы Великой Отечественной войны, несмотря на огромные трудности, потери и невыносимые условия жизни, стали уникальным опытом для российской системы высшего образования. На примере деятельности Елабужского учительского института в этот период автор показывает особенности работы вузов в тылу страны. На основе архивных источников, периодической печати, воспоминаний и литературы рассматриваются основные направления работы института. С учетом военного времени и поставленными перед высшей школой задачами, корректировке подверглись условия приема студентов в институт, сроки обучения, содержание учебно-воспитательного процесса, научно-исследовательская деятельность преподавателей, материально-техническое оснащение института, бытовые условия преподавателей и студентов и другие стороны жизни учительского института. В статье отмечается, что в связи с эвакуацией вузов страны в тыловые районы, в здании Елабужского учительского института размещалось несколько учебных заведений, что создавало некоторые материально-технические трудности в работе, но плодотворно отразилось на учебном и научно-исследовательском процессе учительского института. Внимание уделено таким важным аспектам, как повседневная жизнь студентов и преподавателей, их культурная деятельность, помощь фронту. Автор приходит к выводу, что в экстремальных условиях военного времени учительский институт, благодаря оперативной перестройке учебно-воспитательной работы, определявшейся задачами военного времени, а также огромной учебно-методической помощи ленинградских и воронежских ученых, укрепил учебную базу, расширил научно-исследовательскую работу, получил уникальный опыт практического воплощения достижений научных исследований.
Автор:
Рубрика:
Тип статьи:
Научная статья
Язык статьи:
Русский
Дата публикации:
28.09.2018
Статья представлена в издании
Гасырлар авазы - Эхо веков 3 2018

Аннотация

Годы Великой Отечественной войны, несмотря на огромные трудности, потери и невыносимые условия жизни, стали уникальным опытом для российской системы высшего образования. На примере деятельности Елабужского учительского института в этот период автор показывает особенности работы вузов в тылу страны. На основе архивных источников, периодической печати, воспоминаний и литературы рассматриваются основные направления работы института. С учетом военного времени и поставленными перед высшей школой задачами, корректировке подверглись условия приема студентов в институт, сроки обучения, содержание учебно-воспитательного процесса, научно-исследовательская деятельность преподавателей, материально-техническое оснащение института, бытовые условия преподавателей и студентов и другие стороны жизни учительского института. В статье отмечается, что в связи с эвакуацией вузов страны в тыловые районы, в здании Елабужского учительского института размещалось несколько учебных заведений, что создавало некоторые материально-технические трудности в работе, но плодотворно отразилось на учебном и научно-исследовательском процессе учительского института. Внимание уделено таким важным аспектам, как повседневная жизнь студентов и преподавателей, их культурная деятельность, помощь фронту. Автор приходит к выводу, что в экстремальных условиях военного времени учительский институт, благодаря оперативной перестройке учебно-воспитательной работы, определявшейся задачами военного времени, а также огромной учебно-методической помощи ленинградских и воронежских ученых, укрепил учебную базу, расширил научно-исследовательскую работу, получил уникальный опыт практического воплощения достижений научных исследований.

 

Abstract

Despite enormous difficulties, losses and unbearable living conditions, the years of the Great Patriotic War became a unique experience for the Russian higher education system. Using the example of Yelabuga Teacher's Institute during the war, the author shows the peculiarities of the work of higher educational institutions on the home front. Based on archival sources, periodicals, reminiscences, and literature, the main directions of the Institute's work are shown. Taking into account the wartime and the tasks set for the higher school, the conditions for admission of students to the Institute, the terms of training, the content of the teaching and educational process, the research activities of lecturers, the material and technical supply of the institute, the living conditions of teachers and students, and other aspects of the Institute’s life were corrected. The article specifies that due to the evacuation of the country's higher educational institutions to the rear areas, several educational institutions were located in the building of Yelabuga Teacher's Institute, which created some material and technical difficulties in work, but it had a fruitful effect on the educational and research process of the Teacher's Institute. Attention is focused on such important aspects as the daily life of students and teachers, their cultural activities, and assistance to the battlefront. The author comes to the conclusion that under the extreme wartime conditions by virtue of quick restructuring of teaching and educational work determined by the tasks of wartime, as well as the enormous educational and methodological assistance of Leningrad and Voronezh scientists, the Teacher’s Institute strengthened its training base, expanded the scope of its research work, and gained a unique experience of practical implementation of scientific research achievements.

 

Ключевые слова

История, Татарская АССР, Великая Отечественная война, Елабуга, Елабужский государственный учительский институт, экстремальная повседневность, образование.

 

Keywords

History, the Tatar ASSR, the Great Patriotic War, Yelabuga, Yelabuga State Teachers' Institute, extreme daily routine, education.

 

Осенью 2018 г. исполняется 120 лет со дня основания высшего учебного заведения в Елабуге, преемником которого стал Елабужский институт Казанского федерального университета. Пересматривая страницы истории института, в полной мере осознается его значение и огромный вклад в социокультурное развитие всего Прикамского региона. История страны нашла отражение в развитии и деятельности института. Одной из славных и трагичных страниц жизни учебного заведения были годы Великой Отечественной войны - время, когда вся страна перестроилась на жизнь в экстремальных условиях военного времени.

Деятельность Елабужского учительского института в годы Великой Отечественной войны не становилась предметом комплексного исторического исследования, несмотря на то, что преподаватели и студенты проводили серьезную научно-исследовательскую работу в данном направлении. В архиве Музея истории Елабужского института КФУ хранятся ценные источники по этой теме: делопроизводственная документация института, воспоминания преподавателей и студентов, материалы районной газеты «Сталинский путь», на страницах которой освещалась деятельность учебного заведения в военные годы. Значительная часть источников данного периода хранится в фондах Государственного архива Республики Татарстан.

С началом Великой Отечественной войны руководство страны поставило перед вузами конкретные задачи: улучшить и ускорить работу по подготовке специалистов для всех отраслей народного хозяйства, в том числе педагогические кадры для школ. Кардинальным изменениям в военный период подверглась система высшего образования страны, что коснулось и вузов Татарской АССР. Накануне войны в республике насчитывалось 13 высших учебных заведений, в которых обучалось 12 100 студентов[1]. К 1945 г. их количество сократилось, так, например, в 1940/1941 учебном году был расформирован Казанский институт инженеров коммунального строительства; учительский институт в Чистополе объединился с Елабужским учительским институтом[2].

Накануне Великой Отечественной войны, в 1939 г., постановлением Правительства СССР в Елабуге был открыт Государственный учительский институт республиканского значения, перед которым была поставлена задача подготовки квалифицированных учителей для неполных средних школ и 5-7-х классов средних школ. Начался прием студентов на первые курсы факультетов: исторического, русского языка и литературы с отделением татарского языка и литературы, физико-математического, естественно-географического. К началу 1939/1940 учебного года институт должен был принять 240 студентов по 60 человек на каждый факультет. Велась работа по организации приема абитуриентов из двенадцати районов Татарской и Удмуртской республик. Первый набор составил 120 студентов, осенью 1940 г. на первый курс было принято еще 270 человек[3]. Для успешной организации педагогической и научной деятельности в институте были созданы все необходимые условия: хорошо оборудованные кабинеты физики, химии, биологии, марксизма-ленинизма, языка и литературы, истории и географии, физкультурный зал и клуб. Начавшаяся война прервала поступательное развитие учительского института, потребовалась коренная перестройка работы всех вузов страны.

22 июня 1941 г. радио в Елабуге не работало, елабужанам объявили о войне в 14.00 часов, к вечеру о страшном событии узнали все горожане. На следующее утро пришли первые повестки с призывом в Красную Армию. Война была далеко от берегов Камы, но каждый осознавал опасность, нависшую над страной. В первые дни войны тысячи граждан республики добровольно вступили в действующую армию. В их числе были преподаватели и студенты Елабужского учительского института. Ушли на фронт заведующая кафедрой педагогики Т. Х. Рахмаева, заведующий кафедрой марксизма-ленинизма Ф. Х. Аптикаев, преподаватели Х. А. Абрахманов, Е. Т. Кобров, М. П. Соколов и многие другие.

В июне 1941 г. Елабужский учительский институт вел активную работу по приему абитуриентов на новый учебный год. В елабужской районной газете «Сталинский путь» публиковались объявления о наборе студентов, в которых содержались новые правила зачисления и льготы. В условиях военного времени произошли изменения в организации учебно-воспитательной работы. Так как школы остро нуждались в педагогических кадрах, была ускорена подготовка учителей. Сократились учебные планы и сроки обучения, увеличилась недельная учебная нагрузка студентов, сократилось время на экзаменационные сессии и каникулы[4]. Отменялось обязательное посещение лекций и семинаров. С целью поддержки семей фронтовиков, дети рядового и младшего начальствующего составов, призванных в ряды Красной Армии, освобождались от оплаты за обучение. Срок обучения в институте сокращался до двух лет[5]. В 1942 г. в институт стали зачислять выпускников 9-10 классов без вступительных экзаменов, отличники учебы и инвалиды войны получали государственную стипендию. С целью привлечения абитуриентов преподаватели проводили активную агитационную работу, выезжали в города и районы республики, благодаря этому, набор в институт проходил плодотворно[6]. При институте имелись столовая и общежитие, оплата которого входила в стоимость обучения, составлявшего 300 рублей в год. В связи с тем, что в сентябре студенты были задействованы на сельскохозяйственных работах в колхозах, срок начала учебных занятий в вузах Татарской АССР, по решению Всесоюзного комитета по делам высшей школы при Совнаркоме СССР, устанавливался с 1 октября. С целью активизации приема и успешного поступления в институт, было организовано подготовительное отделение для школьников, окончивших 9 классов. Прием осуществлялся без экзаменов, срок обучения составлял один год, занятия начинались 1 ноября. Преимущественное право зачисления на подготовительное отделение предоставлялось инвалидам Великой Отечественной войны и отличникам учебы[7]. В связи с уходом на фронт преподавателей и студентов, поступательное развитие, открывшегося накануне войны учительского института было приостановлено, о чем свидетельствуют отчеты директора института М. Г. Стрекалова[8]. Однако война не остановила подготовку учителей в Елабуге. В условиях военного времени изменились сроки обучения, менялись формы и методы учебной работы.

Несмотря на многочисленные трудности жизни преподавателей и студентов, учительский институт усилил свой потенциал, в том числе, благодаря совместной работе преподавателей института и эвакуированных в Елабугу ученых. В первые годы войны на восток страны, в том числе и в Татарскую АССР, были эвакуированы крупнейшие вузы страны. Так, в одном здании с учительским институтом были размещены несколько учебных заведений: Елабужское педагогическое училище, переведенное из Казани в 1931 г., два эвакуированных университета - Ленинградский и Воронежский, курсы радиотелеграфистов[9].

В июле 1941 г. в Елабугу стали прибывать первые группы ученых Ленинградского государственного университета (ЛГУ), которые уже к сентябрю подготовили математико-механические, физические, химические, биологические лаборатории к научным исследованиям. Филиал ЛГУ занял третий этаж здания. Возглавлял филиал, проректор ЛГУ по научной работе, профессор (впоследствии академик) Виктор Амазаспович Амбарцумян. О начале работы филиала и возникавших трудностях сообщалось 19 сентября 1941 г. в письме руководства филиала ректору ЛГУ. В частности, указывалось, что большинство приборов оказались исправными и лаборатории уже ведут исследовательскую работу, разместились с достаточным удобством, но существуют некоторые трудности: отсутствие необходимых видов электроэнергии для работы физической лаборатории, отрыв от научных библиотек, отсутствие советских и иностранных журналов[10]. Несмотря на сложные условия жизни и труда, ученые филиала успешно проводили научные исследования по темам, имевшим актуальное оборонное и народно-хозяйственное значение.

5 сентября 1942 г. в Елабугу прибыли преподаватели и студенты Воронежского государственного университета (ВГУ), которые заняли первый этаж здания института. Аудитории и кабинеты Елабужского учительского института располагались в правой и центральной частях второго этажа, в левой части - размещалось педагогическое училище. За три недели на новом месте преподаватели и студенты ВГУ создали свои лаборатории, решили целый ряд бытовых и хозяйственных вопросов, провели новый набор студентов и, без каких бы то ни было опозданий, 1 октября начали учебную и научную жизнь в университете[11].

Преподаватели Воронежского и Ленинградского университетов по совместительству работали и в Елабужском учительском институте. Филиал ЛГУ прием студентов не осуществлял. Данные по количеству студентов в ВГУ и Елабужском учительском институте показаны в приведенной ниже таблице.

 

Количество преподавателей и студентов в учебных заведениях Елабуги в 1940-1945 гг.

Название вузов

Показатели

Учебные годы

 

1940/1941

1941/1942

1942/1943

1943/1944

1944/1945

ВГУ

(Елабуга)

преподаватели

-

 

-

 

41

 

49

 

-

 

студенты

-

-

192

185

-

Елабужский учительский институт

преподаватели

15

 

13

 

13

 

19/17

 

14

 

студенты

294

135

139

192

180

Чистопольский учительский институт

преподаватели

15

 

-

-

-

-

студенты

282

-

-

-

-

ГА РТ, ф. Р-1296, оп. 18, д. 537, л. 78.

 

Приехавшие в Елабугу ученые активно включились в учебный процесс учительского института. Математику вел академик В. И. Смирнов, древнюю историю читал профессор С. И. Ковалев, историю СССР преподавал профессор В. В. Мавродин, физику – академик В. А. Фок и профессор В. А. Амбарцумян; также в вузе преподавали член-корреспондент АН СССР А. В. Венедиктов, профессор М. И. Артамонов, профессор В. В. Шаронов и другие. С 1941 г. в учительском институте начала работать кандидат филологических наук М. Г. Файзуллина. Такое сотрудничество оказалось исключительно плодотворным и для студентов, и для преподавателей. Студенты учительского института с большой теплотой отзывались о своих преподавателях: «Сергей Иванович Ковалёв, человек большой культуры и такта. Мы, получившие “деревенское” далеко не систематическое образование никогда не чувствовали с ним рядом себя ущемленными, просто было желание познать столько, сколько знает он. Этому способствовали и совместные коллоквиумы - занятия по вечерам, где тихо, неторопливо шли разговоры о жизни, об исторической науке»[12].

Учебная деятельность учительского института, несмотря на трудности военного времени, была насыщенной и разносторонней. В соответствии с постановлением Совета народных комиссаров ТАССР с 25 декабря 1941 г. по 30 апреля 1942 г. студенты Елабужского учительского института ежедневно по два часа, помимо учебных занятий, проходили обучение по сельскохозяйственным специальностям. Всего было подготовлено 60 трактористов и 60 комбайнеров, которые в период сельскохозяйственных полевых работ направлялись на помощь колхозам и совхозам района[13].

Военрук института Черкасов Василий Кузьмич вспоминал: «Военной подготовке студентов уделялось большое внимание. Студенты изучали топографию, противовоздушную оборону, санитарное дело. После второго курса выезжали в Танаевский лес, где был организован для студентов Мамадышского, Мензелинского и Елабужского педагогических заведений военный лагерь»[14].

Однако по итогам учебной работы института за 1942/1943 учебный год отмечалось снижение успеваемости студентов с 84,4 % до 68,6 %. В качестве основных причин неуспеваемости студентов преподаватели указывали: недостаточное внимание воспитательной работе со студентами, отсутствие научных кружков, которые вызывали бы интерес студентов к обучению, необорудованные кабинеты, низкий уровень знаний студентов, так как принимались они без вступительных экзаменов, плохая дисциплина и посещаемость занятий, недостаточная работа комсомольской и профсоюзной организаций[15]. В отчете директора института М. Г. Стрекалова за указанный учебный год отмечалось слабое обеспечение института учебными помещениями, лабораториями, кабинетами и учебным оборудованием. Институт располагал семью аудиториями для занятий, а групп было восемь, поэтому нередко занятия проводились в кабинете директора, а небольшие комнаты учебной части и заместителя директора по учебной и научной работе были отведены для занятий второго курса татарского отделения[16]. Преподаватели и студенты своими силами обустраивали учебные кабинеты: «В этом году были изготовлены схемы, плакаты, таблицы по языку, математике, литературе, истории и классы уже выглядят не так голо как в предыдущем году»[17].

Сохранились воспоминания студентов и преподавателей о жизни и учебе в учительском институте. Так, Карпова Таисия Ивановна, студентка исторического отделения вспоминала: «Учиться и жить было трудно. Стипендия была 150 рублей. Питались в столовой, которая располагалась на первом этаже института. Основной рацион - хлеб из овсяных отрубей, суп из крапивы с диким луком, крапиву и лук собирали сами и сдавали в столовую, на второе давали тыкву, сваренную на воде... Привозили продукты из дома, которых, впрочем, тоже было мало. Жили “общаком” студенты и преподаватели, вспоминаются совместные ужины студентов и преподавателей. Домой отпускали раз в месяц, дорогу от Елабуги до Заинска (50 км) часть проходили пешком, часть на попутках… Преподаватели, приехавшие из Ленинграда, жили очень трудно, видно голодали. Лекции читались с частыми остановками, чтобы ученый перекусил, набрался сил... Химики из Воронежа жили замкнуто, об их деятельности в подвале института спрашивать было не принято, так как они работали для фронта. Кроме того, они жили отдельно. Один или два раза в неделю они читали лекции на биохимическом факультете ЕГУИ»[18]. Исхакова Фатима Аскаровна, преподаватель биологии, отмечала: «Во время войны в институте вышла из строя система отопления, преподаватели и студенты писали в перчатках. Выдавали в день по 400 г хлеба, часть которого можно было получать на обед в столовой. Не хватало книг и тетрадей, писали между строчками старых книг и журналов. Одну комнату в здании выделили, чтобы студенты складывали лапти и санки, на которых привозили по воскресеньям из дома картошку и свеклу»[19].

Правительство стремилось улучшить материально-бытовые условия жизни преподавателей и студентов вузов страны. Были разработаны меры, направленные на материальную поддержку студентов и сотрудников вузов, предлагалось: организовывать при учебных заведениях подсобные хозяйства и обеспечивать их семенами, инвентарем, лошадьми. Несмотря на принятую правительственную систему мер поддержки вузов, 1942/1943 учебный год для преподавателей и студентов учительского института был критическим. Снижение посещаемости студентов во многом было связано с плохим питанием студентов в столовой, так как она обслуживала не только студентов и преподавателей, но и людей, работавших на других предприятиях города, снижались нормы питания, улучшение питания студентов за счет продукции подсобного хозяйства почти отсутствовало из-за низкого урожая[20]. В подсобном хозяйстве сажали картофель, овес, другие овощные культуры, но часть его была передана ученым из Ленинграда и Воронежа. В институте осталась одна лошадь, и отсутствовали семена.

Из-за тяжелейших материально-бытовых условий жизни, коллективы трех вузов Елабуги - учительский институт, ЛГУ и ВГУ - были вынуждены направить жалобу в Наркомпрос РСФСР, которая после проверки была признана «совершенно основательной»[21]. Секретарю Татарского обкома ВКП(б) В. Никитину сообщалось: «Контингент научных работников, обслуживание которых должно проводиться по приказу Наркомторга СССР № 170 (академики, профессора, доценты), составляет по всем вузам 150 человек. Они пользуются общественным питанием через закрытую столовую, по нормам Наркомторга СССР. Однако в течение мая-июня месяцев качество обедов в столовой ухудшилось за счет недополучения мяса, крупы и других продуктов. В эти же месяцы ухудшилось положение с выдачей сухого пайка. За май недодали крупу и мясо, за июнь - крупу, мясо, кондитерские изделия. Еще более неблагополучно с материально-бытовым положением студентов и преподавателей, не попадающих под приказ НКТ СССР № 170. Достаточно сказать, что за полугодие (январь-июнь) столовой, обслуживающей этот контингент (до 900 человек), недодано мяса и рыбы - 1 353 кг (18 % потребности), крупы и макаронных изделий - 819 кг (16 %), жиров - 844 кг (50 %), причем, значительная часть недодачи этих продуктов падает на май-июнь месяцы»[22]. После выявления недостатков в организации снабжения и питания профессорско-преподавательского состава и студентов вузов Елабуги последовали некоторые меры по их устранению. В частности, было отмечено, что в июле 1943 г. контингенту, снабжаемому по приказу НКТ СССР № 170 отпущено на одно лицо: табака - 100 г или 200 штук папирос, огурцов - 2 кг, лапши - 1 200 г, спичек - 5 пакетов, мяса - 900 г, рыбы - 900 г, пшена - 2 кг, мыла туалетного (работнику) - 200 г, мыла хозяйственного (иждивенцам) - 200 г; отоварены сахарные карточки работнику за май, июнь, июль. Для научных работников было направлено в Елабугу различных промтоваров на 30 тысяч рублей (брюки, костюмы, отрезы, шерстяные платья и др.)[23].

Однако частичное решение материально-бытовых проблем было недостаточным для облегчения положения сотрудников и студентов вузов. Так, из отчета директора учительского института за 1943/1944 учебный год можно проследить ухудшение жизни преподавателей и студентов института: «помощь им (преподавателям и студентам) института с 01.10.1943 по 01.01.1944 г. выразилась в выдаче дополнительного питания: овощей, картофеля и муки преподавателям и сотрудникам 800 кг, студентам 450 кг; студентам, участникам Великой Отечественной войны, ежемесячно выдается дополнительное питание 12 кг картофеля и 4-6 кг овощей. Материальное положение старших преподавателей института, не имеющих ученой степени, крайне тяжелое. Кроме 500 г хлеба в день они ничего по карточкам не получают. Все студенты прикреплены к столовой № 1 Респторга, где получают завтрак и обед из двух блюд. Качество питания низкое и в основном состоит из воды с капустой без масла и на второе чечевица, иногда мясные отходы. Дополнительно многие студенты питаются за счет приносимых из дома продуктов. В общежитии для них устроены в голландских печах плиты для варки пищи.

Выдача продовольственных пайков, установленных правительством для лиц, имеющих ученую степень или звание, происходит с большими перебоями. За декабрь месяц отдельные продукты получены в феврале. Нередко продукты получают в недоброкачественном виде, так, вместо сахара дали пережженный рулет из затхлой муки, вместо жиров – горькое хлопковое масло или сало с кишками и др. Ряд продуктов, указанных в нормах Наркомторга СССР, как: сухофрукты и табак, не выдают с 1 ноября 1943 г. Отсутствие в течение трех лет промтоваров по карточкам для профессорско-преподавательского состава ставит их в затруднительное положение. У некоторых преподавателей (М. И. Шляндин и др.) абсолютно нет обуви. Выявлены заболевания дистрофией у студентов и преподавателей (старший преподаватель М. И. Шляндин)»[24].

Трудности возникали не только с обеспечением питания, но и хозяйственного характера. Несмотря на то, что в первых числах октября 1944 г. ВГУ выехал в Самару и освободил 23 комнаты, отсутствовали необходимые условия для работы преподавателей и учебы студентов: коридоры и уборные не отапливались, в классах были поставлены голландские печи, так как не работала центральная система отопления; отсутствовало постельное белье, письменные принадлежности (на весь год тетрадей было получено 500 шт., чернил 10 шт., мелков 100 шт.). Возникли новые непредвиденные расходы: по указанию райисполкома институт был обязан возить свои дрова в городскую баню для мытья студентов, возить на мельницу (12 км) для размола зерно, иначе студенты не получали хлеба[25].

Одновременно с учебной деятельностью в учительском институте велась научно-исследовательская работа. На заседании Ученого совета был принят план проведения научных исследований, большая часть которых посвящалась оборонной или военно-патриотической тематике. Но в отчете директора института за 1942/1943 учебный год отмечалась недостаточная научно-исследовательская работа кафедр. Комиссия ЛГУ, обследовавшая учебно-методическую и научную базу института, пришла к выводу о том, что научно-исследовательская работа преподавателей института тормозилась отсутствием научной литературы. Преподаватели ссылались на отсутствие освещения в квартирах[26]. Научно-исследовательскую деятельность учительского института усиливали ученые из ЛГУ и ВГУ. Так, например, кафедра истории, усиленная ленинградскими учеными, выполняла исследования по следующим темам: «История регулирования капиталистической промышленности в Первой и Второй мировых войнах» (профессор А. В. Венедиктов), «Историография Античности» (профессор С. И. Ковалев), «Учение марксизма-ленинизма о войнах справедливых и несправедливых» (старший преподаватель М. Г. Стрекалов). На кафедре языка и литературы изучали такие темы, как: «Образ женщины патриотки в татарской художественной литературе в период Великой Отечественной войны» (старший преподаватель М. Г. Файзуллина), «Тема Родины в творчестве В. Маяковского» (Л. М. Привалова), «Очерки и рассказы газеты “Правда” за период разгрома немцев под Москвой» (старший преподаватель Г. К. Бондаренко), «Язык передовиц газеты “Правда” за первый месяц Великой Отечественной войны» (доцент А. А. Кудрявцев)[27]. Преподаватели института активно занимались научной деятельностью, организовывали конференции, выпускали монографии. Под руководством маститых ученых продолжалась активная подготовка кандидатских и докторских диссертаций. Были подготовлены к защите диссертации С. А. Эпштейном (педагогика и психология), М. Г. Файзуллиной (татарская литература), Г. К. Бондаренко (русская литература), А. А. Кудрявцевым, М. С. Сорокиной (физика), М. И. Приваловой (русская литература).

Научная деятельность ленинградских и воронежских ученых имела практические результаты. Так, в 1941-1943 гг. профессором В. А. Амбарцумяном была разработана теория рассеивания света, имевшая важное значение для расчета видимости объекта в мутной среде, затем внедренная в практику советскими подводниками. В лаборатории профессора В. В. Шаронова был разработан принцип инвариантности, ставший мощным средством при решении задач, связанных со свойствами атмосфер планет и звезд. Академик В. А. Фок выполнил ряд фундаментальных исследований по теории распространения радиоволн. Научная группа под руководством В. И. Смирнова разрабатывала теорию полета артиллерийских снарядов и авиабомб[28].

Ученые Воронежского университета оказывали помощь промышленным предприятиям Елабуги и сельскому хозяйству в организации производства спичек, мыловарения, утилизации крови (изготовление «Гематогена»), повышения урожайности овощных культур.

Большая работа проводилась в учительском институте и по сбору средств в Фонд обороны. Так, для постройки танковой колонны «Советский учитель» преподаватели института перечислили четвертую часть своей месячной зарплаты и собрали более восьми тысяч рублей. Студенческий взнос составил шестьсот рублей[29].

С началом холодов сотрудники Ленинградского университета развернули сбор теплых вещей для фронтовиков. Профессор Амбарцумян внес на приобретение теплых вещей 650 рублей, а также белье, постельные принадлежности, полотенца. Профессор Баунгард сдал в комиссию 500 рублей и белье, доцент Родионов и ассистент Воробьёва отчислили на приобретение теплых вещей и обуви для красноармейцев 40 % от заработной платы. В районную комиссию от Ленинградского университета поступило 9 475 рублей и на 1 560 рублей различных вещей[30].

Важнейшее место в деятельности учительского института занимала идейно-воспитательная работа. Ежедневно студентам озвучивалась политическая информация и обзоры о текущих событиях в стране. Мелом на доске писали сводки с фронта, читали научно-политические доклады: «Расовая теория фашизма», «О войнах справедливых и несправедливых», «Жизнь и деятельность М. И. Кутузова», «Жизнь и деятельность М. Лобачевского», «Жизнь на далеких мирах»[31]. На Ученом совете в октябре 1943 г. директор института М. Г. Стрекалов сообщал о подготовке к празднованию 25-летия ВЛКСМ и 26-й годовщины Великой Октябрьской революции. Были запланированы: выставка, выпуск газеты, художественная самодеятельность студентов, доклады, заключение договоров соцсоревнования, сбор подарков для Красной Армии[32]. С большим интересом студенты и преподаватели института проводили литературные вечера с музыкальными и вокальными выступлениями на русском и татарском языках.

В декабре 1941 г. в учительском институте под руководством студента Вадима Сикорского начали работать кружки художественной самодеятельности: хоровой и драмкружок. В репертуаре хорового кружка были антифашистские песни. Драмкружок готовил к постановке пьесу В. И. Квасницкого «Тесть»[33]. Своя художественная самодеятельность существовала и в филиале ЛГУ, созданная силами энтузиастов Драмбалопа - самодеятельного театра драмы, балета и оперы. Спектакли ставились в переполненном актовом зале учительского института. Наиболее выдающиеся деятели этой организации: С. А. Щукарев, В. Н. Цветков, С. Ф. Родионов и Э. В. Фрисман[34]. Совместными усилиями преподавателей, студентов и деятелей культуры 9-10 мая 1942 г. в актовом зале учительского института состоялся спектакль по пьесе А. Н. Островского «Без вины виноватые». Все средства от спектакля поступили в Фонд обороны[35]. Война с ее трудностями и лишениями неожиданно превратила небольшой провинциальный городок на Каме в научный и культурный центр.

В 1944 г. с фронта стали возвращаться преподаватели учительского института: Ф. Ш. Аптикаев, С. Д. Исхаков. В 1945 г. в институт был направлен кандидат филологических наук, крымско-татарский писатель Керим Решидов-Джаманаклы.

Годы Великой Отечественной войны яркой страницей были вписаны в историю Елабужского учительского института и всего российского высшего образования. Самоотверженный труд ученых, преподавателей, студентов стал важнейшей составляющей в достижении Победы. Елабужский учительский институт сделал все возможное для выполнения своей главной задачи - подготовки квалифицированных учительских кадров.

 

ПРИМЕЧАНИЯ:

 


[1]. Кабирова, А. Ш. Образование в Татарской АССР в годы Великой Отечественной войны. Электронный ресурс. Режим доступа: http://tatfrontu.ru/content/ash-kabirova-obrazovanie-v-tatarskoy-assr-v-gody-velikoy-otechestvennoy-voyny (дата обращения: 30.05.2018).

[2]. ГА РТ, ф. Р-1296, оп. 18, д. 537, л. 57.

[3]. Сталинский путь. - 1939. - 18 июля.

[4]. ГА РТ, ф. Р-6559, д. 19, л. 1-6.

[5]. Сталинский путь. - 1941. - 12 июня, 17 июля.

[6]. Музей истории Елабужского института КФУ, ф. 1, оп. 5, д. 2, л. 1.

[7]. Сталинский путь. - 1942. - 17 мая.

[8]. Музей истории Елабужского института КФУ, ф. 1, оп. 5, д. 4, л. 6-8.

[9]. ГА РТ, ф. Р-6559, оп. 1, д. 14, л. 3.

[10]. Ежов, В. А., Мавродин, В. В. Ленинградский университет в годы Великой Отечественной войны. - Ленинград: Изд-во Ленинградского ун-та, 1975. - С. 58.

[11]. Национальный музей Республики Татарстан, ед. хр. кппи-324, б/н., л. 2.

[12]. Музей истории Елабужского института КФУ, ф. 1, оп. 5, д. 2, л. 1-3.

[13]. ГА РТ, ф. Р-4530, оп. 4, д. 24, л. 8-11.

[14]. Музей истории Елабужского института КФУ, ф. 1, оп. 5, д. 4, л. 3.

[15]. ГА РТ, ф. Р-6559, оп. 1, д. 16, л. 3-4.

[16]. Там же, д. 13, л. 1.

[17]. Там же, л. 2.

[18]. Музей истории Елабужского института КФУ, ф. 1, оп. 5, д. 2, л. 2.

[19]. Там же, д. 3, л. 1-7.

[20]. ГА РТ, ф. Р-6559, оп. 1, д. 13, л. 4.

[21]. Там же, ф. П-15, оп. 5, д. 878, л. 38.

[22]. Там же, л. 39.

[23]. Там же, л. 39 об.

[24]. Там же, ф. Р-6559, оп. 1, д. 13, л. 20-20 об., 35.

[25]. Там же, л. 11.

[26]. Там же, л. 5.

[27]. Там же, л. 5 об.

[28]. Ежов В. А. Указ. соч. - С. 59.

[29]. Сталинский путь. - 1943. - 3 ноября.

[30]. Там же. - 1941. - 10 октября.

[31]. ГА РТ, ф. Р-6559, оп. 1, д. 13, л. 19 об.

[32]. Там же, д. 16, л. 7 об.

[33]. Сталинский путь. - 1941. - 5 декабря.

[34]. Ежов В. А. Указ. соч. - С. 60.

[35]. Сталинский путь. - 1942. - 5 мая.

 

Список литературы

Ежов В. А., Мавродин В. В. Ленинградский университет в годы Великой Отечественной войны. - Ленинград: Изд-во Ленинградского ун-та, 1975. - 88 с.

Кабирова А. Ш. Образование в Татарской АССР в годы Великой Отечественной войны. Электронный ресурс. Режим доступа: http://tatfrontu.ru/content/ash-kabirova-obrazovanie-v-tatarskoy-assr-v-gody-velikoy-otechestvennoy-voyny (дата обращения: 30.05.2018).

Сенявская Е. С., Сенявский А. С. Военная повседневность как предмет исторического исследования: теоретико-методологические проблемы // 65 лет Великой Победы: в 6 т. - М.: МГИМО - Университет, 2010. - Т. III. Победа. - С. 197-212.

 

References

Ezhov V. A., Mavrodin, V. V. Leningradskiy universitet v godi Velikoy Otechestvennoy voyny [Leningrad University during the Great Patriotic War]. Leningrad, Leningrad University publ., 1975, 88 p.

Kabirova A. Sh. Obrazovanie v Tatarskoy ASSR v gody Velikoy Otechestvennoy voiny [Education in the Tatar ASSR during the Great Patriotic War. [On-line]. Available at: http://tatfrontu.ru/content/ash-kabirova-obrazovanie-v-tatarskoy-assr-v-gody-velikoy-otechestvennoy-voyny (access date 30.05.2018)].

Senyavskaya E. S., Senyavsky A. S. Voennaya povsednevnost kak predmet istoricheskogo issledovaniya: teoretiko-metodologicheskie problemy [Military everyday life as a subject of historical research: theoretical and methodological problems]. IN: 65 let Velikoy Pobedy [65 years of the Great Victory]. Moscow, MSIIR - University publ., 2010, pp. 197-212.

 

Сведения об авторе

Бурдина Гульнара Мансуровна, кандидат исторических наук, старший преподаватель кафедры всеобщей и отечественной истории Елабужского института Казанского федерального университета, e-mail: burdinagm@yandex.ru.

 

About the author

Gulnara M. Burdina, Candidate of Historical Sciences, Senior Lecturer at Department of the World and Russian History, Yelabuga Institute of Kazan Federal University, e-mail: burdinagm@yandex.ru.

 

В редакцию статья поступила 18.06.2018 г., опубликована:

Бурдина Г. М. Елабужский государственный учительский институт в годы Великой Отечественной войны (к 120-летию со дня основания) // Гасырлар авазы ‒ Эхо веков. ‒ 2018. ‒ № 3. ‒ С. 113-124.

 

Submitted on 18.06.2018 г., published:

Burdina G. M. Elabuzhskiy gosudarstvenniy uchitelskiy institut v gody Velikoy Otechestvennoy voiny (к 120-letiyu so dnya osnovaniya) [Yelabuga State Teachers' Institute during the Great Patriotic War (dedicated to the 120th anniversary of its establishment]. IN: Gasyrlar avazy ‒ Eho vekov, 2018, no. 3, pp. 113-124.

Другие статьи
4 сентября 2018 г. в Государственном комитете Республики Татарстан по архивному делу состоялась передача документов личного архива первого секретаря Татарского обкома КПСС Фикрята
Согласно данным «Казанская Раифская Богородицкая пустынь» была ос-нована в 1613 г. при царе и великом князе Михаиле Феодоровиче монахом Филаретом.
В ноябре 2017 г. в рамках проведения VIII Международных Стахеевских чтений в Елабужском институте Казанского федерального университета Государственный комитет Республики Татарстан
В истории России первая четверть XX века – время серьезных общественно-политических, социально-экономических, культурно-нравственных потрясений, которые повлекли за собой переустро
Произошедшие в последние десятилетия XX в. в нашей стране политические и социально-экономические перемены привели к крушению идеалов советского периода и спаду общественного интере
Обращение к источникам личного характера в данной теме не случайно, поскольку, как отмечала исследовавшая социально-психологический феномен фронтового поколения Е. С. Сенявская, он