Я. Р. Рахимова. Роль татарских тафсиров в развитии исторических и культурных традиций татар (конец XIX – начало XX в.)

В статье освещается специфика и содержание тюрко-татарских тафсиров конца XIX – начала XX в., оценивается наследие тафсиров, затрагиваются вопросы их влияния на развитие татарской культуры, приводятся сведения о наиболее распространенных сочинениях. Дан краткий обзор идей и мыслей религиозных и философских реформаторов, которые в той или иной мере присутствуют в комментариях и переводах Корана. Актуальность изучения татарских тафсиров очевидна, поскольку выявление и введение в научный оборот письменных источников относится к числу актуальных задач гуманитарной науки. К сожалению, Коран в той или иной мере предстает в искаженном свете в трудах некоторых комментаторов. Этим обстоятельством определяется необходимость детального изучения письменных источников. Пережив сложный период радикальных перемен в ценностных ориентациях по отношению к религии (XVIII – начало XX в.), богословие у мусульман Поволжья и Приуралья получило новый виток развития. Наступило время пробуждения общественной мысли татар. К концу XIX в. существовало два направления философской мысли: реформаторское и традиционалистское. В этот период появилось большое количество работ, посвященных религиозно-философской мысли татар. Хронологические рамки работы охватывают период с конца XIX по начало XX в. Географические рамки исследования ограничены в основном Волго-Уральским регионом и феноменом формирования и развития традиции изучения ислама и основных источников в данном регионе. Использование цивилизационного подхода позволяет рассматривать татар-мусульман России как часть арабо-мусульманской цивилизации. Рассматривая татарское российское сообщество с позиций данного подхода, мы имеем возможность выявлять процессы и закономерности, являющиеся общими и для этого сообщества, и для исламской цивилизации в целом. Таким образом, исторический период конца XIX – начала XX в. отмечен кардинальными изменениями в политической и социокультурной жизни татарского народа. Именно противостояние джадидистов и кадимистов, фактически расколовшее татарское общество на две части, стало основным пунктом в изучении наследия татарских богословов XIX-XX вв. Благодаря рукописной книге у татар сохранились язык, религия и национальная культура.
ARTICLE TYPE:
Научная статья
ARTICLE LANGUAGE:
Русский
PUBLICATION DATE:
16.06.2017
Статья представлена в издании
Гасырлар авазы - Эхо веков 1/2 2017

Аннотация

В статье освещается специфика и содержание тюрко-татарских тафсиров конца XIX – начала XX в., оценивается наследие тафсиров, затрагиваются вопросы их влияния на развитие татарской культуры, приводятся сведения о наиболее распространенных сочинениях. Дан краткий обзор идей и мыслей религиозных и философских реформаторов, которые в той или иной мере присутствуют в комментариях и переводах Корана. Актуальность изучения татарских тафсиров очевидна, поскольку выявление и введение в научный оборот письменных источников относится к числу актуальных задач гуманитарной науки. К сожалению, Коран в той или иной мере предстает в искаженном свете в трудах некоторых комментаторов. Этим обстоятельством определяется необходимость детального изучения письменных источников. Пережив сложный период радикальных перемен в ценностных ориентациях по отношению к религии (XVIII – начало XX в.), богословие у мусульман Поволжья и Приуралья получило новый виток развития. Наступило время пробуждения общественной мысли татар. К концу XIX в. существовало два направления философской мысли: реформаторское и традиционалистское. В этот период появилось большое количество работ, посвященных религиозно-философской мысли татар. Хронологические рамки работы охватывают период с конца XIX по начало XX в. Географические рамки исследования ограничены в основном Волго-Уральским регионом и феноменом формирования и развития традиции изучения ислама и основных источников в данном регионе. Использование цивилизационного подхода позволяет рассматривать татар-мусульман России как часть арабо-мусульманской цивилизации. Рассматривая татарское российское сообщество с позиций данного подхода, мы имеем возможность выявлять процессы и закономерности, являющиеся общими и для этого сообщества, и для исламской цивилизации в целом. Таким образом, исторический период конца XIX – начала XX в. отмечен кардинальными изменениями в политической и социокультурной жизни татарского народа. Именно противостояние джадидистов и кадимистов, фактически расколовшее татарское общество на две части, стало основным пунктом в изучении наследия татарских богословов XIX-XX вв. Благодаря рукописной книге у татар сохранились язык, религия и национальная культура.

 

Abstract

The article deals with the specific feature and content of the Turk-Tatar Quranic exegesis in the late 19th and the early 20th centuries, evaluates Tafsirs’ ancestry, touches upon the issues of their influence on the development of Tatar culture and provides data on the most wide-spread essays. A brief review of ideas and thoughts of religious and philosophic reformers, being present to various extents in Quranic commentaries and translations, is provided. The relevance of studying Tatar Tasfirs is obvious, since written sources’ identification and introduction to scientific use is one of the relevant objectives for a human science. Unfortunately, Quran to a certain extent is represented in a distorted way in the works of some glossarians. This issue defines the necessity of detailed studying of the written sources. Having faced a difficult period of radical changes in the system of values towards the religion (18th and early 20th centuries), theology at the Muslims of Volga and Transurals regions passed to a new development stage. The time of Tatars’ social thought awakening came. By the end of the 19th century there were 2 trends of philosophical thought – reformatory and traditional ones. During this time period a lot of works devoted to the religious and philosophical thought of Tatars appeared. The chronological framework of the article covers the period starting the late 19th up to the early 20th centuries. The geographical framework of the research is mainly limited with the Volga-Ural region and the phenomenon of establishment and development of Islam and its main sources studying tradition in the region. The use of a civilized approach enables considering Muslim Tatars of Russia as a part of the Arabian Muslims civilization. Considering Russian Tatar Society from that viewpoint, we can reveal processes and patterns being common both for this society and Islamic civilization as a whole. So, the historical period of the late 19th and early 20th centuries was marked with profound changes in the political and sociocultural life of the Tatar people. The confrontation of Jaddidists and Kadimists, having splitted the Tatar society into two parts, became the main point of studying of the heritage of the Tatar Muslim theologians of the 19-20th centuries. Owing to the manuscript, Tatars preserved their language, religion and national culture.

 

Ключевые слова

Духовное наследие татар, мусульманская экзегетика, татарская философская мысль, богословская литература, наследие арабо-мусульманской цивилизации, восточные сочинения.

 

Keywords

Spiritual heritage of Tatars, Muslim exegetics, Tatar philosophical thought, theological literature, the heritage of the Arab-Muslim civilization, Eastern essays.

 

Многовековая письменность, книжная культура, сформировавшаяся система народного образования способствовали развитию религиозно-философской, научной и художественной мысли у татар Среднего Поволжья[1]. Для философской мысли мусульман России в конце XIX – начале XX в. были характерны два основных направления – реформаторское (джадидизм) и традиционалистское (кадимизм)[2].

Следует учесть, что российский ислам имеет богатые традиции религиозно-реформаторской мысли, во многом заимствованные из разных цивилизаций. С конца XVIII в., и особенно в XIX в., татары все более активно стали перенимать элементы европейской и русской культуры. Наука, техника, философия просветительства и позитивизма, теория Дарвина и многое другое – все это не могло не воздействовать на формирование новых концепций[3]. Деятельность джадидистов часто ассоциировалась с новшествами, проникнувшими в татарскую общественную мысль с Запада и с Востока. Мусульманская реформаторская экзегетика отразила приобщение мусульманского общества к новым реалиям, прежде всего к европейской научно-философской мысли. В религиозном реформаторстве традиционалистское направление предполагало обращение к ценностям раннего ислама времен пророка Мухаммада. Сторонники кадимизма «выступали против чужеродных идей, относили их к разряду “бид‘а” (ересь), призывали вернуться к традиционным основам татаро-мусульманского общества, которые, по их мнению, заключены в Коране и Сунне»[4]. В свою очередь реформаторское направление предполагает приспособление религии к современному миру.

Следует отметить, что реформаторское и традиционалистское направления имеют много общего. Их представители обеспокоены отсутствием единого законодательства и настоящей исламской этики. Отличия же можно свести к двум пунктам: решению проблем таклида и решению проблем иджтихада. Понятие «иджтихад» (с арабского ‒ бороться, прилагать усилия) относится к сфере исламской юриспруденции и означает способность и право компетентного правоведа-факиха выносить решение по важным вопросам общественной и религиозной, а в некоторых случаях и политической жизни, основываясь на методах фикха, а также на знании текстов Корана и Сунны и умении их комментировать и интерпретировать. Реформаторские течения в исламе, выдвигавшие лозунг «открытия врат иджтихада», подразумевали под иджтихадом один из основных путей обновления религии, формирования нового взгляда на взаимоотношения Корана и хадисов. Традиционалистские течения отрицали право на иджтихад и насаждали таклид. Таклид – следование в религиозных вопросах предписаниям ученых, авторитетных специалистов.

Таким образом, поиск истоков татарской общественной мысли приводит к необходимости более детального рассмотрения литературы, религиозно-философских представлений, исламских правовых норм, которые проникли в татарский мир из стран мусульманского Востока, в том числе из Средней Азии.

В идеологическом, политическом и экономическом смысле существовало два центра влияния на общественные процессы, происходившие в жизни татар: восточный и западный. Первый вектор был представлен арабским и османо-турецким влиянием[5], второй являл собой русскую и западноевропейскую составляющие. Осмысление закономерностей и тенденций развития татарской философской, исторической и религиозной мысли, определение ее роли и места в истории культуры тюркских народов, выяснение общих и специфических особенностей татарской религиозно-философской мысли как части арабо-мусульманской культуры происходят благодаря введению учеными в научный оборот новых произведений, находки старинных рукописей в архивах нашей страны и ряда зарубежных государств. В этом отношении представляет интерес изучение наследия наиболее значимых исследователей по истории развития татарской философской, исторической и религиозной мысли: А. Утыз Имяни (1754-1834), А. Курсави (1776-1812), Х. Фаизханова (1828-1866), Ш. Марджани (1818-1889), К. Насыри (1825-1902), Р. Фахреддина (1859-1936), А. Баязитова (1847-1911), М. Биги (1875-1949), С. Максуди (1878-1957), Ю. Акчуры (1876-1935), Г. Исхаки (1878-1954), творчество которых отражает основные направления духовного развития татарского народа в XVIII-XX вв.

Татарская философская мысль XVIII-XIX вв., разрабатывавшая главным образом теологические вопросы и проблематику, была тесным образом связана со средневековой арабо-мусульманской философией, которую как оригинальную разновидность мировой философской мысли наука признала лишь в 60-90-е гг. XX в.[6]

После принятия ислама в Волжской Булгарии руническое письмо у булгар было вытеснено в IX-X вв. арабским письмом. В этот период арабы были самым передовым народом. Ни один народ в то время не мог сравниться с арабами по грамотности, по количеству ученых, учебных заведений, высокому развитию культуры и науки, количеству библиотек. Булгарам (затем их прямым потомкам – татарам Поволжья) вхождение в арабо-мусульманский мир открыло дорогу к богатой арабо-мусульманской культуре, росту просвещения, увеличению количества школ, широкому распространению рукописной книги, близкому знакомству с восточной поэзией, искусством и наукой[7].

Началась модернизация во всех сферах общественной мысли, особенно актуальной стала реформа системы образования мусульман. Представители реформистского направления стремились осуществить идеи мусульманских реформаторов: египтян Джамал ад-дина ал-Афгани (1839-1897), Мухаммада ‘Абдо (1849-1905), Касима Амина (1865-1908), Рашида Риды (1865-1935), индийцев Мухаммада Икбала (1877-1938), Саййида Ахмад Хана (1817-1898) и ряда других мыслителей. Их идеи развивать светское образование, науку и национальную промышленность соответствовали требованиям времени. К примеру, идеи М. ‘Абдо оказали сильное влияние на формирование мировоззрения известного татарского богослова З. Камали. Несмотря на идеи панисламизма ‘Абдо, выступавшего против европейского колониализма, в представлении З. Камали залогом процветания мусульманского мира являлось творческое усвоение достижений европейской цивилизации в области науки, техники, культуры – не слепое копирование чужих образцов, а именно творческое их переосмысление на основе исламских ценностей и традиций.

З. Камали, также как и М. Бигиев, Р. Фахредин, К. Тарджемани выступал за иджтихад. Эти идеи звучали в проповедях и трудах Абу Хамида ал-Газали (ум. в 1111 г.), Ибн Рушда (1126-1198), ал-Байдави (ум. в 1286 г.), Ибн-Таймийа (ум. в 1328 г.), Ибн Кайим ал-Джаузийа (ум. в 1351 г.), Ибн Хуммама (1386-1457).

Согласно результатам исследования татарских изданий на арабском языке Р. Р. Сафиуллиной-Ал Анси, среди татарских рукописей преобладают сочинения религиозной тематики, а также произведения на социально-бытовую и религиозно-дидактическую тематику.

По мнению профессора Г. Г. Зайнуллина, появление богословской литературы у татар следует считать с момента появления первых тафсиров Корана на татарском языке[8]. Среди книг религиозного характера значимую роль играют списки Корана средневековых авторов, а также татарские тафсиры. Подлинное развитие татарские тафсиры получили в конце XVIII-XX вв. Этому явлению предшествовали рукописные тафсиры к отдельным сурам Корана на старотатарском языке, датированные XVI-XVII вв. (1507, 1653, 1661 гг.). Самым первым известным комментарием к Корану на тюркском языке считается перевод ат-Табари (839-923).

Татарские тафсиры конца XIX – начала XX в. играли огромную роль в духовной культуре тюркских народов. Особенно стоит отметить «Тафсир Ну‘мани» Ну‘мана бин Сабита ас-Самани (вторая половина XIX в.) и «Тафсир Фаваид» Мухаммад-Зариф Амирхана. Ну‘ман бин Сабит ас-Самани – ученик ‘Абд ан-Насыра ал-Курсави (1776-1812), Амирхан Мухаммад-Зариф (1852-1921) – богослов, историк, автор трудов по истории тюркских народов и мусульманскому богословию, нового тафсира на татарском языке (1885). Работы этих авторов внесли большой вклад в развитие исламской культуры татар и башкир в Волго-Уральском историко-культурном регионе как с научной точки зрения, так и с религиозной и просветительской. Педагогическая и религиозная деятельность этих авторов свидетельствует о глубоком знании ими мусульманских языков, ислама, политики и истории, комплексном исследовании памятников традиционной письменности арабо-мусульманского Востока.

Татары были хорошо знакомы с Кораном и сунной, трудами мусульманских теологов, философов, ученых, поэтов. Местные авторы создавали свои труды по типу восточных сочинений, составляли комментарии и субкомментарии к трудам восточных мыслителей, распространяли их научные идеи в Волго-Уральском регионе. В мусульманском мире того времени было принято писать свои сочинения на арабском языке, благодаря чему труды многих ученых и богословов были известны и за пределами России[9]. Арабский язык был международным языком исламского сообщества, и долгое время среди мусульман считалось необходимым писать научные труды на этом языке, тем более труды богословской тематики. Арабский язык назвали ключом к вратам исламских наук. Поэтому, следуя общей традиции, татарские улемы старались писать на арабском языке. Но их произведения на персидском и тюркском языках были настолько «перегружены» арабизмами в виде отдельных слов, фраз и предложений, что без знания языка Корана читать их было бессмысленно. Соответственно, богословская терминология почти полностью состояла из арабских терминов[10].

Создание ряда оригинальных тафсиров стало началом становления коранической экзегетики на национальном тюркском языке для российских мусульман. В основу появившихся толкований к Корану легли работы знаменитых мусульманских экзегетов средневековья. Российскими учеными осуществлялись попытки представить наиболее оптимальный вариант перевода смысла сур Корана на основе арабо-персидских сочинений, отбирались лучшие труды средневековых комментаторов. Ярким примером служат рукописные варианты толкований Корана, принадлежащие перу ‘Абд ан-Насыра ал-Курсави. За основу был взят популярный тафсир среди мусульман-суннитов «Анвар ат-танзил ва асрар ат-та‘вил» (Светочи откровения и тайны истолкования) ‘Абдаллаха ибн Умара ибн Мухаммада ибн ‘Али ал-Байдави (умер в 691/1291 г.). Другим примером служит двухтомное переложение на татарский язык персидского тафсира Хусаина Кашифи (умер в 1504 г.), сделанное Мухаммад-Садыком Иманкулый (1870-1932) «Тасхил ал-байан фи-т-тафсир ал-Кур‘ан» (Облегченные пояснения к комментарию Корана). Судя по литературе, обнаруженной в фондах казанских библиотек, можно заключить, что среди татар были широко распространены тафсиры выдающихся мыслителей Востока: ал-Фараби, Ибн Сины, ал-Газали, Ибн ал-‘Араби; определенную часть этого рукописного наследия составляют сочинения татарских авторов.

Во многом благодаря рукописной книге у мусульман Поволжья сохранились язык, религия и национальная культура. Однако в первую очередь арабские письменные источники, Коран, кораническая литература, религиозно-богословские, этико-правовые, филологические и другие сочинения служили для мусульман Поволжья источником познания учения пророка Мухаммеда.

В работах авторов тафсиров на татарском языке, начиная от богословов XIX в., таких как Ну‘ман бин Сабита ас-Самани, Мухаммад Зариф Амирхан, и заканчивая современными татарскими богословами и писателями – Рабитом Батуллой, Шамилем Аляутдиновым, Рамилем Юнусовым и другими, заметна преемственность культурного и исторического наследия арабо-мусульман. Наследие арабо-мусульманской цивилизации является достоянием всеобщей культуры мусульман, в том числе и татар.

 

 

 

 

Список литературы

Абдуллин, Я. Г. Татарская просветительская мысль. Социальная природа и основная проблематика. – Казань, 1976. – 318 с.

Зайнуллин, Дж. Г. Во имя Аллаха: Татарская богословская литература XVIII – начала XX веков и ее языковые особенности (на татарском языке). ‒ Казань, 1998. – 207 с.

Камалов, Т. Р. Зыяэтдин Камали – мыслитель, просветитель и религиозный деятель (биографический очерк). – Казань, 1997. – 53 с.

Каримуллин, А. Г. У истоков татарской книги. – Казань, 1992. – 207 с.

Мухаметшина, А. Г. Ислам в Среднем Поволжье: общее и особенное: монография. – Казань, 2014. – 245 c.

Шагавиев, Д. А. Татарская богословско-философская мысль (XIX – начало XX вв.). Курс лекций. – Казань, 2008. – 168 с.

 

Referens

ABDULLIN, Y. G. Tatarskaya prosvetitelskaya misl. Sotsialnaya priroda i osnovnaya problematika [Tatar educational thought. The social nature and the main problems. In Russ.]. Kazan, 1976, 318 p.

ZAYNULLIN, DJ. G. Vo imya Allaha: Tatarskaya bogoslovskaya literatura XVIII – nachala XX vekov i eye yazikoviye osobennosti (na tatarskom yazike) [In the name of Allah: the Tatar theological literature of the XVIIIth and the early XXth centuries, and its linguistic characteristics (in Tatar language). In Russ.]. Kazan, 1998, 207 p.

KAMALOV, T. R. Ziyaetdin Kamali, mislitel, prosvetitel i religiozniy deyatel (biograficheskiy ocherk) [Zyyaetdin Kamali, thinker, educator and religious leader (biographical essay). In Russ.]. Kazan, 1997, 53 p.

KARIMULLIN, A. G. U istokov tatarskoy knigi [Background of the Tatar books. In Russ.]. Kazan, 1992, 207 p.

MUHAMETSHINA, A. G. Islam v Srednem Povoljye: obshcheye i osobennoye: monografiya [Islam in the Middle Volga region: general and special: a monograph. In Russ.]. Kazan, 2014, 245 p.

SHAGAVIEV, D. A. Tatarskaya bogoslovsko-filosofskaya misl (XIX – nachalo XX vv.). Kurs lektsiy [Tatar theological and philosophic thought (the XIXth and early XX centuries). Lecture course. In Russ.]. Kazan, 2008, 168 p.

 

Сведения об авторе

Рахимова Язгуль Ринатовна, соискатель кафедры востоковедения, исламоведения и африканистики Института международных отношений, истории и востоковедения КФУ, г. Казань, Республика Татарстан, Российская Федерация, yagoda504@gmail.com

 

About the author

Yazgul R. Rakhimova, external Doctoral Candidate at Institute of International Relations, History and Oriental Studies, Department of Oriental, Islam and African Studies, Kazan, the Republic of Tatarstan, the Russian Federation, yagoda504@gmail.com

 

В редакцию статья поступила 27.09.2016 г., опубликована:

 

Рахимова, Я. Р. Роль татарских тафсиров в развитии исторических и культурных традиций татар (конец XIX – начало XX в.) // Гасырлар авазы – Эхо веков. ‒ 2017. ‒ № 1/2. ‒ С. 247‒253.

 

Submitted on 27.09.2016, published:

 

RAKHIMOVA, Ya. R. Rol' tatarskih tafsirov v razvitii istoricheskih i kul'turnih traditsiy tatar (konets 19 – nachalo 20 v.) [The role of Tatar Tafsirs in the development of historical and cultural traditions of Tatars (late 19th and early 20th centuries). In Russ.]. IN: Gasyrlar avazy ‒ Eho vekov, 2017, no. 1/2, pp. 247‒253.

 

ПРИМЕЧАНИЯ:

[1]. Мухаметшина, А. Г. Ислам в Среднем Поволжье: общее и особенное: монография. – Казань, 2014. – С. 91. MUHAMETSHINA, A. G. Islam v Srednem Povoljye: obshchee i osobennoye: monografiya [Islam in the Middle Volga region: general and special: a monograph. In Russ.]. Kazan, 2014, p. 91.

[2]. Коран в России: Хрестоматия / Сост. Т. О. Батыркаев. – Казань, 2008. – С. 10. Koran v Rossii: Hrestomatiya. Sost. T. O. Batirkaev [BATIRKAEV, T. O. (comp. by). Quran in Russia: a chrestomaty. In Russ.]. Kazan, 2008, p. 10.

[3]. Тухватуллина, Л. А. Проблема человека в трудах татарских богословов: конец XIX – начало XX веков. – Казань, 2003. – С. 3. TUHVATULLINA, L. A. Problema cheloveka v trudah tatarskih bogoslovov: konets 19 – nachalo 20 vekov [The problem of a person in the works of Tatar theologians: late 19th – early 20th centuries. In Russ.]. Kazan, 2003, p. 3.

[4]. Адыгамов, Р. Введение // Утыз-Имяни Г. Избранное. – Казань, 2007. – C. 25. ADIGAMOV, R. Vvedeniye [Introduction. In Russ.]. IN: UTYZ-IMYANI, G. Izbrannoye [Selection. In Russ.]. Kazan, 2007, p. 25.

[5]. Абдуллин, Я. Г. Татарская просветительская мысль. Социальная природа и основная проблематика. – Казань, 1976. – С. 122. ABDULLIN, Y. G. Tatarskaya prosvetitelskaya misl. Sotsialnaya priroda i osnovnaya problematika [Tatar educational thought. The social nature and main problems. In Russ.]. Kazan, 1976, p. 122.

[6]. Каримуллин, А. Г. У истоков татарской книги. – Казань, 1992. – C. 8. KARIMULLIN, A. G. U istokov tatarskoy knigi [Background of Tatar books. In Russ.]. Kazan, 1992, p. 8.

[7]. Камалов, Т. Р. Зыяэтдин Камали – мыслитель, просветитель и религиозный деятель (биографический очерк). – Казань, 1997. – C. 13–14. KAMALOV, T. R. Ziyaetdin Kamali, mislitel, prosvetitel i religiozniy deyatel (biograficheskiy ocherk) [Zyyaetdin Kamali, thinker, educator and religious leader (biographical essay). In Russ.]. Kazan, 1997, pp. 13–14.

[8]. Зайнуллин, Дж. Г. Во имя Аллаха: Татарская богословская литература XVIII – начала XX веков и ее языковые особенности (на татарском языке). ‒ Казань, 1998. – C. 8. ZAYNULLIN, DJ. G. Vo imya Allaha: Tatarskaya bogoslovskaya literatura 18 – nachala 20 vekov i eye yazikoviye osobennosti (na tatarskom yazike) [In the name of Allah: Tatar theological literature of the 18th and early 20th centuries, and its linguistic characteristics (in Tatar language). In Russ.]. Kazan, 1998, p. 8.

[9]. Сафиуллина, Р. Р. «Татарская книжная традиция XIX – начала XX века: рукописная и старопечатная книга» // Филология и культура. – 2013. – № 1 (31). – С. 163–169. SAFIULLINA, R. R. “Tatarskaya knijnaya traditsiya 19 – nachala 20 veka: rukopisnaya i staropechatnaya kniga” [“The Tatar book tradition of the 19th and early 20th centuries: manuscripts and blackletter books”. In Russ.]. IN: Philology and culture, 2013, no. 1 (31), pp. 163–169.

[10]. Шагавиев, Д. А. Татарская богословско-философская мысль (XIX – начало XX в.). Курс лекций. – Казань, 2008. – C. 59. SHAGAVIEV, D. A. Tatarskaya bogoslovsko-filosofskaya misl (19 – nachalo 20 v.). Kurs lektsiy. [The Tatar theological and philosophical thought (the 19th and early 20th centuries). Lecture course. In Russ.]. Kazan, 2008, p. 59.

OTHER ARTICLES
 К началу 1917 г. Казанский университет входил в число старейших учебных заведений страны и являлся одним из крупнейших провинциальных научных и образовательных центров. Университе
Первую мировую войну от всех предыдущих военных кампаний отличали невероятные масштабы пленения. За все годы военных действий в плену оказалось восемь миллионов военнослужащих и бо
К 1917 г. дворяне хотя и перестали пользоваться налоговыми и правовыми преимуществами, как это было в XVIII-XIX вв., и практически сравнялись в правах с другими сословиями, но на д
 Одним из наиболее известных центров православия в Среднем Поволжье в дореволюционный период являлся Свияжский Успенско-Богородицкий монастырь, основанный в июле 1555 г.1 Во второй
 Изучение Казанского ханства, в особенности его этносоциальной истории, всегда было затруднено из-за явной недостаточности источников1. Западноевропейские нарративные источники XV
Судебная реформа 1864 г. явила собой преобразование всей судебной системы, порядка уголовного и гражданского процессов в России. Были внесены существенные изменения в судоустройств