Х. З. Багаутдинова, Р. Р. Исхаков. Историко-этнографический очерк священника Козьмы Прокопьева «Сведения об Елышевском приходе» (1870-е гг.)

В публикации представлен историко-этнографический очерк одного из первых кряшенских священников, воспитанника Казанской центральной крещено-татарской школы Козьмы Прокопьева о жителях Елышевского прихода Мамадышского уезда Казанской губернии. Данный православный приход во второй половине XIX в. стал центром драматических событий, связанных с отходом так называемых старокрещеных татар из православия в ислам. Автор подробно анализирует причины и ход этого движения, мотивацию «отпавших», рассматривает их взаимоотношения с лицами, оставшимися в христианстве. Большое внимание К. Прокопьев уделяет деятельности местной церковной и губернской администрации, а также Казанского братства святителя Гурия по возвращении их в православие, развитию христианско-просветительской деятельности в регионе и формированию культурно-религиозных институтов, работавших по системе Н. И. Ильминского (начальных конфессиональных школ, миссионерских организаций). Несмотря на некоторую ангажированность автора, информация, приводимая им, дает общее представление о межконфессиональных отношениях в данной историко-культурной области в пореформенный период. Важное место в работе занимают сведения об истории возникновения населенных пунктов этого прихода – Елышево, Сатлыган-Ключ, Сосновый Мыс, Большие Савруши (современные татарские деревни Сабинского и Тюлячинского районов Республики Татарстан); приводятся родословные отдельных семей, предки которых считались основателями этих селений. Эти данные помогают раскрыть формирование поселенческой структуры кряшен Нижнего Предкамья, проследить сложные этноконфессиональные и консолидационные процессы, приведшие к формированию данной этнографической группы татарского народа. Привлекают внимание и этнографические материалы об особенностях хозяйственной культуры, системе земледелия и животноводства, кустарных и отхожих промыслах местного населения. Публикация будет интересна для ученых историков, этнографов, религиоведов, а также краеведов, интересующихся историей татарских деревень Заказанья.
ARTICLE TYPE:
Научная статья
ARTICLE LANGUAGE:
Русский
PUBLICATION DATE:
16.06.2017
Статья представлена в издании
Гасырлар авазы - Эхо веков 1/2 2017

Аннотация

В публикации представлен историко-этнографический очерк одного из первых кряшенских священников, воспитанника Казанской центральной крещено-татарской школы Козьмы Прокопьева о жителях Елышевского прихода Мамадышского уезда Казанской губернии. Данный православный приход во второй половине XIX в. стал центром драматических событий, связанных с отходом так называемых старокрещеных татар из православия в ислам. Автор подробно анализирует причины и ход этого движения, мотивацию «отпавших», рассматривает их взаимоотношения с лицами, оставшимися в христианстве. Большое внимание К. Прокопьев уделяет деятельности местной церковной и губернской администрации, а также Казанского братства святителя Гурия по возвращении их в православие, развитию христианско-просветительской деятельности в регионе и формированию культурно-религиозных институтов, работавших по системе Н. И. Ильминского (начальных конфессиональных школ, миссионерских организаций). Несмотря на некоторую ангажированность автора, информация, приводимая им, дает общее представление о межконфессиональных отношениях в данной историко-культурной области в пореформенный период. Важное место в работе занимают сведения об истории возникновения населенных пунктов этого прихода – Елышево, Сатлыган-Ключ, Сосновый Мыс, Большие Савруши (современные татарские деревни Сабинского и Тюлячинского районов Республики Татарстан); приводятся родословные отдельных семей, предки которых считались основателями этих селений. Эти данные помогают раскрыть формирование поселенческой структуры кряшен Нижнего Предкамья, проследить сложные этноконфессиональные и консолидационные процессы, приведшие к формированию данной этнографической группы татарского народа. Привлекают внимание и этнографические материалы об особенностях хозяйственной культуры, системе земледелия и животноводства, кустарных и отхожих промыслах местного населения. Публикация будет интересна для ученых историков, этнографов, религиоведов, а также краеведов, интересующихся историей татарских деревень Заказанья.

 

Annotation

The publication presents a historical and ethnographic essay of one of the first Kryashen priests, graduate of Kazan Central Baptized Tatar School, K. Prokopyev on the inhabitants of Yelishevskiy parish of Mamadish County of Kazan Province. In the latter half of the 19th century this Orthodox parish became the center of dramatic events in connection with the moving of the so-called old-baptized Tatars from Orthodoxy to Islam. The author analyzes in detail the reasons and the development of this movement, the motivation of the separated ones, considers their relationship with the ones stayed on in Christianity. K. Prokopyev paid great attention to the activities of the local church and provincial administration, as well as Kazan brotherhood of St Gury to take them back to Orthodoxy, the development of Christian and educational activities in the region and the formation of cultural and religious institutions working according to N. I. Ilminskiy system (primary faith schools, ministries). Despite some political prejudice of the author, the information provided by him gave a general idea of inter-faith relations in the mentioned historical and cultural area in the after-reform period. An important place in the work was occupied by the data on the history of some settlements of this parish, such as Yelishevo, Satligan-Klyuch, Sosnoviy Mis, Bolshiye Savrushi (modern Tatar villages of Sabinskiy and Tyulyachinskiy regions of the Republic of Tatarstan), as well as the genealogy of the families whose ancestors were considered the founders of these villages. These data help to reveal the formation of the settlement structure of the Lower Predkamye Kryashens, to trace the complex ethno-confessional and consolidation processes having led to the formation of this ethnographic group of the Tatar people. Ethnographic materials on the peculiarities of household culture, farming and livestock management systems, homecraft and seasonal works of the local population are also in the focus of attention. The publication will be of interest for historian scholars, ethnographers, religious scholars, as well as local historians interested in the history of the Tatar villages of Zakazanye.

 

Ключевые слова

Елышево, К. Прокопьев, исламизация, крещеные татары, Мамадышский уезд, Казанская губерния, межконфессиональные отношения, татарские деревни.

 

Keywords

Yelishevo, K. Proкopyev, Islamisation, baptized Tatars, Mamadish County, Kazan Province, inter-faith relations, Tatar villages.

 

Одним из важных и весьма информативных комплексов исторических источников по традиционной культуре и истории татар, и отдельных этнографических групп татарского народа дореволюционного периода являются историко-этнографические очерки и статьи представителей казанской миссионерской школы этнографии и востоковедения. Значительная часть этих работ сохранилась в архивохранилищах и частных коллекциях в виде рукописей. Основная часть этого исторического нарратива не введена в научный оборот. Одной из таких значимых архивных коллекций может быть признан «Архив И. А. Износкова». Эта коллекция собрана известным православным просветителем, педагогом, краеведом, этнографом, сподвижником и другом Н. И. Ильминского Илиадором Александровичем Износковым (1835-1917). В настоящее время основная часть личного архива И. А. Износкова хранится в одноименных фондах Отдела рукописей и редких книг Научной библиотеки им. Н. И. Лобачевского Казанского федерального университета1 и Государственного архива Ульяновской области2. Наряду с историко-этнографическими работами самого И. А. Износкова в архиве отложились документы его многочисленных корреспондентов из числа православного духовенства, земских деятелей, учителей начальных школ и чиновников Министерства народного просвещения. Как правило, каждая рукописная работа посвящена истории жителей отдельного населенного пункта, куста селений, а также деревень и сел, образовывавших отдельный православный приход. В административно-географическом отношении подавляющая часть очерков посвящена селениям Казанской губернии. В них содержится уникальная информация о ранней истории и происхождении жителей отдельных деревень и сел, важные сведения о местной топонимии, особенностях жизни и быта местного населения и прочие.

Предлагаемый вниманию читателей историко-этнографический очерк принадлежит перу Козьмы Прокопьева (1847-?) – воспитаннику Казанской центральной крещено-татарской школы, одному из первых православных священнослужителей из числа татар-кряшен. Работа посвящена истории ряда населенных пунктов Мамадышского уезда Казанской губернии с 1869 г., входивших в состав Елышевского прихода (современные татарские деревни Сабинского и Тюлячинского районов Республики Татарстан). К. Прокопьев был посвящен в сан иерея и назначен в Елышевский приход в 1873 г., служил здесь вплоть до 1882 г.3 По всей видимости, и данный очерк был подготовлен им в этот период. В работе приводятся сведения об истории возникновения селений, родословные отдельных семей, этнической истории их жителей, освещается процесс их христианизации. Особое внимание автор уделяет драматичным событиям, связанным с конфессиональной дифференциацией крещеных татар и их массовым отходом от православия в ислам.

 

ПРИМЕЧАНИЯ:

1. Отдел рукописей и редких книг Научной библиотеки им. Н. И. Лобачевского КФУ, ед. хр. 2244. Otdel rukopisey i redkih knig Nauchnoy biblioteki im. N. I. Lobachevskogo KFU [Kazan Federal University, N. I. Lobachevskiy Scientific Library, Department of Manuscripts and Rare Books], file 2244.

2. Государственный архив Ульяновской области (ГАУО), ф. 255, оп. 1, д. 1‒54. Gosudarstvenniy arhiv Ul'yanovskoy oblasti [State Archives of Ulyanovsk Region] (GAUO), fond 255, series 1, file 1‒54.

3. Материалы по истории образования и просвещения народов Волго-Уралья в рукописных фондах Н. И. Ильминского. Сборник документов и материалов / Авторы-составители: Р. Р. Исхаков, Х. З. Багаутдинова. – Казань, 2015. – С. 339‒352. Materiali po istorii obrazovaniya i prosveshcheniya narodov Volgo-Ural'ya v rukopisnih fondah N. I. Il'minskogo. Sbornik dokumentov i materialov. Avtori-sostaviteli: R. R. Ishakov, H. Z. Bagautdinova [ISHAKOV, R. R., BAGAUTDINOVA, H. Z. (сomp. and author). Materials on the history of education and enlightenment of the nations of the Volga-Ural region in the manuscript collections of N. I. Ilminsky. Collection of documents and materials. In Russ.]. Kazan, 2015, рр. 339‒352.

 

 

 

 

Материалы о жителях и селениях бывшего Мамадышского уезда

Казанской губернии

 

Село Елышево[1] находится в Мамадышском уезде по Зюрейской дороге в село Абди. Оно населено исключительно одними крещеными татарами, коих в селе: а) православных 30 муж[ского] и 30 жен[ского] пола, 60 душ обоего пола; б) отпадших в магометанство в 1866 году 20 муж[ского] и 18 жен[ского] пола, 38 душ обоего пола и в) отпадших в магометанство же в 1874 году 198 муж[ского] и 237 жен[ского] пола, 435 душ обоего пола; а всех вместе 248 муж[ского] и 285 жен[ского] пола, 533 души обоего пола. Дворов: прав[ославных] – 10, отп[авших] в 1866 г. – 5, отп[авших] в 1874 г. – 73, а всего – 88. Приходом эти крещеные татары принадлежали раньше к селу Ачам (Лаишевского уезда), от которых Елышево отстоит на 18 верст. Елышево, состоящее главным образом, из одной улицы, расположено при подошве[2] высоких гор и представляется издали точно в ущелье. Из гор течет ключ чистой, холодной воды. Среди села на старом кладбище находится православная часовня.

Церковь здесь деревянная, теплая вне села, построена во имя Св. Божия Архистратига Михаила тщанием и усердием потомственного почетного гражданина мамадышского 1-й гильдии купца Никонора Ивановича Щербакова; освящена 1869 года, февраля 27 дня. Дома у священно-церковнослужителей деревянные, построены храмоздателем на церковной усадебной земле. Расстоянием сия церковь от Консистории во 100, а от местного Благочинного в 50 верстах. Ближайшие к ней церкви суть: Абдинская в 15-ти, Тюлячинская в 15-ти, Шармашинская в 15-ти, Карабаянская в 15-ти и Арняшская в 15-ти верстах. В приходе села Елышево имеются 2 инородческие школы. 1-я в деревне Больших Саврушах, открытая в 1868 году, октября 15 дня, в ней ныне обучается 22 мальчика; а 2-я в деревне Сатлыган-Ключе, открытая в 1873 году, ноября 23 дня, в коей ныне обучается 6 мальчиков.

«Когда были крещены татары деревни (ныне села) Елышево», ‒ говорит Е. Малов, – «на это мы не нашли в настоящее время положительных данных[3]. Мы можем делать об этом времени только приблизительные предположения. Известно, что еще казанский митрополит Сильвестр посещал новокрещеных татар деревни Абдей (теперь село) в 1729 году, но в его донесении Свят[ейшему] Синоду говорится только вообще “о новокрещенских жилищах, новокрещенских деревнях”, но в частности, кроме Абдей, не упоминается по имени ни одна деревня. Быть может, и Елышево, как селение новокрещенское, было тогда посещено митрополитом Сильвестром. Если же елышевцы не были крещеными во времена Сильвестра, то, по всей вероятности, они крещены во время деятельности Свияжской новокрещенской конторы, после 1740-х годов. В некоторых письменных бумагах и печатных документах упоминаются крещеные татары соседних с Елышевом деревень: Малых Савруш в 1768 г. (Полн[ое] собр[ание] зак[онов] Рос[сийской] импер[ии], Т. XVIII, № 13, 126), Учь-Нарат[4] и другие. Таким образом, крещение татар этих мест вообще можно относить к XVIII веку. В приходской ачинской церкви нет никаких бумаг, свидетельствующих о времени просвещения елышевцев св[ятою] христианскою верою. Мы не знаем, таким образом, и самих деятелей, вразумивших их оставить магометанство».

«В предании стариков деревни (села) Елышево – продолжает он – сохранились только некоторые сведения о крестившемся родоначальнике этой деревни. Так нам рассказывали, что самая деревня (село) Елышево сначала существовала на другом месте – на правом берегу Малой Меши, где теперь находится пустое поле, засеваемое коноплем[5]. Старик по имени Елыш первый оставил берег Меши и, крестившись, поселился около родника, который струится из гор, окружающих Елышево. В настоящее время из племени Елыша остался один дом Исаака Феодорова, который и до сих пор живет около родника[6]. Сначала деревня Елышево была небольшая, но потом она увеличивалась пришельцами, которые пожелали креститься. Так сюда пришли вотяки, от коих ведут свое начало Татиана[7] Николаева, Иван Матвеев[8], Логин[9] и Петр Ивановы[10]. Еще пришел сюда из соседней деревни Баландыш магометанин, по имени Токса. Он крестился в Елышеве[11]. Неизвестно, откуда пришел в Елышево еще один магометанин, по имени Бикей, от коего ведет свое начало вместе с другими слепец – старик Семякяй, коему мы и обязаны всеми этими сведениями[12]. Недалеко от кельи Семякяя есть болото (озеро), близ коего находится гора, на которой в давнее время был большой лес. Из этого леса вырублена была и часовня Елышевская. Когда строили эту часовню, никто из елышевцев не помнит. Семякяй сказывает, что часовня елышевская существует уже более ста лет. По словам его же, в Казань отправлялись Иван Петров (из вотяков) и Леонтий Никифоров (из татар) просить благословения на построение часовни в деревне Елышеве.

Мы не имеем сведений о религиозном состоянии крещеных татар деревни (села) Елышево за прошлое XVIII столетие. В первой половине XIX века они не отличались усердием к христианской вере, почему в 1830-х годах к ним приезжал для увещаний не раз миссионер архимандрит Гурий» (см.: Мисс[ионерский] дневн[ик] Е. Малова стр. 2-5 за 1872 г.). В 1866 году елышевцы отпали из православия в магометанство. Мерами гражданской власти в том же году почти все они были возвращены к православной церкви, но такое их возвращение, конечно, не могло быть вполне искренне. Поэтому в том же 1866 году 22-го сентября по распоряжению епархиального начальства приезжал сюда с лишним на м[еся]ц профессор Каз[анской] д[уховной] академии Е. А. Малов, человек опытный в собеседовании с татарами и вполне знающий магометанское учение, – чтобы подорвать наклонность их к исламизму и утвердить в истинах и правилах христианской веры так, чтобы они были христианами не по званию только, но и по духу. С этой же целью приезжал он в Елышево еще раз в 1868 году 13-го июня, прожил до 16-го. С такой же миссионерскою целью епархиальное начальство в скором времени позаботилось здесь построить церковь и постепенно определить для них (елышевцев) священников, знающих их природный татарский язык, чтобы совершением богослужений и произношением поучений на родном их языке отвлечь их от магометанских пустых намазов, а привлечь к церковным богослужениям; таким способом, огласив их словом истины, присоединить святой Соборный и Апостол детей церкви. Но все эти заботы и попечения начальства и труды миссионеров оказались уже тщетными и поздними. Ибо огрубело (уже) сердце людей сих, и ушами с трудом слышать, и глаза свои сомкнули… (Ис[аии] 6:9–10). Опять они, как только появились вожаки их из тюремного замка; вторично отпали в магометанство в 1874 году, в котором и доселе пребывают, несмотря уже на увещания, неоднократно сделанные им специалистами этого дела – миссионером священником Казанской центральной крещено-татарской школы о. Васильем Тимофеевым и Преосвященнейшим Викторином, Епископом Чебоксарским, Викарием Казанской Епархии, бывшим здесь нарочито для увещания их в 1874 году в августе м[еся]це, – потому что каждый из них (елышевцев) уже имеет в себе семь духов (М[ат]ф[ея] 12.45) – О религиозном состоянии крещеных татар этого села за истекшее и настоящее время читателю дает полное понятие миссионерский дневник, составленный Е. Маловым на основании представлявшихся ему фактов из самой жизни татар этого села. Те же самые факты повторяются и ныне, но только с той разницей, что у елышевцев уже по последним отпадениям брачные обстоятельства изменились. Некоторые стали брать по паре жен под предлогом магометанского закона, но на самом-то деле мерой принудительной. Случается иногда так, что старик дряхлый женится на другой молодой девушке, к которой впоследствии времени сын его (от старшей жены его) пристрастится и происходит тут асмодейшина[13] и непримиримая вражда, а иногда случается, что жена за отсутствием своего мужа (каких-нибудь на 5-6 м[еся]ц[ев]) выходит, под благовидным предлогом магометанского обряда, за другого; по прибытии первого возвращается опять к нему (после немалых гвал[14]) на основании другой главы Корана. Поистине теперь в этом отношении елышевцы положительно употребляются древним городам – Содому и Гоморре, а потому и обративый их от такого ложного и гибельного пути, примет мзду сторицею более праведного Лота.

Елышевский приход весь состоит исключительно из одних крещеных татар, коих, кроме села, еще три деревни, а именно: 1) Сатлыган-Ключ, 2) Сосновый Мыс и 3) Большие Савруши. Кроме этих крещен есть еще новокрещеные татары (принадл[ежавшие] к Елышеву) в татарской деревне Чабках-Сабах 2 дома, кот[орые] отпали в 1870 г., и в татарской же деревне «Новой-Деревне» 4 дома, отпадш[их] в 1874 г. Вследствие каких обстоятельств окрестились они, в какое время и как они уходили в магометанские деревни: туточные[15] ли они жители или пришельцы – на все это мы положительных данных не имеем.

С[ело] Елышево преимущественно, противу других окрестных ему селений, изобилует поемными[16] лугами, так что накашивают от 35 до 60 копен сена на одну душу. Оно также изобилует и пахотною землею: от 5 до 6 батман[17] засевают ржи на душу; урожай бывает на ржаной и яровой хлеб порядочный, кроме пшеницы. Лесами Елышево начало оскудевать: остались только одни напольные дубья и мелкий лес, что по горе. Почти все елышевцы с половины окт[ября] на целую зиму, а некоторые на несколько лет, с издавна отправляются на заработки – шить в разные местности, как то: в Уфимскую, Самарскую и Оренбургскую губернии и обыкновенно к магометанам, от коих заразивших, сделались в настоящее время и сами магометанами. Несмотря на такое изобилие местности, елышевцы большею частью живут бедно, по влиянию на них мнимо – небесного Корана. От податей и других повинностей отдуваются они лугами и землею, коих продают с осени, вследствие чего обра[ба]тывают землю, косят траву у елышевцев русские из соседних селений или крещеные, но непропитанные еще магометанством. Так что во время сенокоса постороннему человеку невозможно предполагать, что луга принадлежат елышевцам.

Деревня Сатлыган-Ключ находится в Мамадышском уезде в 2-х верстах от села Елышево к северо-востоку, с 1/2 версты левее от дороги, ведущей от села Елышево в деревню Старую Икшурму (Абдинского прихода). Она населена исключительно одними крещеными татарами, коих в деревне 62 муж[ского] и 64 жен[ского] пола, 126 душ обоего пола. Дворов – 20. Приходом эти крещеные татары с 1869 года принадлежат к селу Елышеву, раньше они принадлежали к селу Ачам Лаишевского уезда, от которых Сатлыган-Ключ отстоит на 20 верст. Сатлыган-Ключ расположен на восточной стороне оврага, прошедшего из села Елышево и оканчивающегося за деревней (Сатлыган-Ключом), состоит из одной улицы, образующей собою геометрический прямоугольник, на средине которой через небольшой овражек мост, с левой или с западной стороны этого моста течет из горы ключ чистой, холодной воды. Из этого ключа берут воду для себя, тут же поят скотину и белье моют.

Быть может по этому ключу и названа самая эта деревня Сатлыган-Ключ, но только непонятно то, почему именно впереди русского слова «ключ» стоит татарское слово «Сатлыган», искаженное от слова: сатылган, что значит: продан, а оба вместе: Продан-Ключ. По-татарски эта деревня называется Озон-чяч-кӧйӧге[18], что значит: Длинно-волосые-коюки. В предании стариков деревни Сатлыган-Ключа сохранилось, что род[о]начальники их, переселившиеся из-под г. Казани, были мурзы с длинными волосами или с заплетенными косами, в честь коих и названа эта деревня на татарском языке «Озон-чяч-кӧйӧге».

Как мурзы раньше они не подлежали податному состоянию, имея на таковое право у себя законный акт. Этот акт неисповедимыми судьбами угодил в руки одной туточной[19] девушке, которая захватила его с собой при выходе в замужество в деревню Аланку[20] (Лаишевского уезда), где он при случившемся там пожаре сгорел. Вследствие чего, как говорят жители, сделались несчастными: земля от них отошла в казну и они причислены правительством к разряду крестьян в податное состояние.

Жители этой деревни все без исключения занимаются хлебопашеством и портничеством. Портничать они уходят на целую зиму в Уфимскую, Самарскую и Оренбургскую губернии, где и пропитываются они до мозгов духом магометанства.

О времени крещения жителей деревни Сатлыган-Ключ положительно никаких данных нет; теперешнее же религиозное положение их шаткое.

Деревня Сосновый Мыс находится в Мамадышском уезде, в 2-х верстах от села Елышево к юго-востоку; расположена при подошве высоких гор, на левом берегу реки Мёши; состоит из одной улицы, почти без малого односторонней, ведущей с северо-востока на юго-запад. Она населена исключительно одними крещеными татарами, коих в деревне 109 муж[ского] и 107 жен[ского] пола, 216 душ обоего пола. Дворов – 37. Приходом эти крещеные татары с 1869 года принадлежат к селу Елышеву, а до того времени они принадлежали к селу Ачам (Лаишевского уезда), от которых Сосновый Мыс отстоит на 21 версту.

На конце деревни на реке Мёша имеется трехпоставная мукомольная мельница.

По-татарски эта деревня называется, неизвестно почему, «Жяняй»[21], что подходит к слову: душа. Такое задушевное название, быть может, дали ей елышевцы, как родственнице своей единокровной, так как сосновцы или жяняйские крещеные переселились сюда из Елышево назад тому около 80 л[ет].

На русском языке эта деревня название носит в настоящее время «Сосновый Мыс». Раньше она называлась «Сосновый Мост», при существовании тут соснового моста через реку Мёшу, уничтожению которого предполагают около 20 лет, после чего и название этой деревни изменилось из правильного Соснового Моста на бессмысленный Сосновый Мыс; впрочем, последнее название основано на таком предположении народа: что тут раньше, как предполагают, был громадный лес или сосновый бор, на мысу которого расположена была будто эта деревня, как это и теперь – хотя уже леса нет – можно согласиться с таким предположением, судя по местоположению, образующему собою мыс. Но жители-старики все утверждают, что деревня их раньше называлась «Сосновый Мост», а не Сосновый Мыс, как теперь называют, что это им самим хорошо известно и что даже при них и изменение произошло. В подтверждение своих слов приводят в пример мост, от коего получила название деревня их. Мост этот – как рассказывают они – был весьма замечательный, устроенный не на столбах или на сваях, и не из многих бревен и досок, как это устроятся обыкновенным порядком, а просто единственно из одной только громаднейшей сосны, свалившейся от бури поперек реки Мёши, по которой свободно могли проезжать через реку Мёшу. Во имя такого достойного замечания моста, по словам их, раньше называлась эта деревня «Сосновый Мост». Впрочем, сосновцы, созидая название (20-ю годами сглаженное) своей деревни на таком замечательном Сосновом Мосту, доказывают, что тут и лес был весьма замечательный, притом сосновый, они даже сами говорят, что был у них громаднейший сосновый бор, где могли в прежние времена свободно жить шайки беглых, коих они постоянно опасались. Так этот лес мог пользоваться симпатией народа несравненно более, чем мост, а потому при помощи еще местоположения название этой деревни могло измениться очень легко и незаметно из Соснового Моста на Сосновый Мыс. Значит и последнее название не без основания.

Жители Соснового Мыса почти все занимаются хлебопашеством, но, подобно сущим татарам, не отличаются трудолюбием. С начала осени до весны уходят почти все они (мужчины) портничать в Уфимскую, Самарскую и Оренбургскую губернии, где, как нельзя хуже, пропитываются магометанством. Здесь над всей деревней царит бедность, которой подчиняются жители вследствие неумеренной, исконной неги, впитавшейся в плоть и кровь их из мертвого источника Корана. Поэтому и в религиозном отношении они находятся с издавна на […][22] уклонения из православия в магометанство. Сосновцы переселились из Елышево крещеными, следовательно, они крещены в одно время с елышевцами.

Деревня Большие Савруши находится в Мамадышском уезде на 1/2 вер[сты] правее от Комаровской дороги в село Абди, в 7 верстах от села Елышево к югу, а от реки Мёши на 2 версты к западу, состоят из двух параллельных улиц, расположенных по обеим сторонам оврага (питающего их проточною водою), направленных от северо-востока на юго-запад. Она населена исключительно одними крещеными татарами, коих в деревне 364 муж[ского] и 358 жен[ского] пола, 722 души обоего пола. Дворов – 112. Приходом эти крещеные татары с 1869 года принадлежат к селу Елышеву, а до того времени принадлежали они к селу Карабаянам (Лаишевского уезда), от которых Большие Савруши отстоят на 15 верст, а еще раньше принадлежали к селу Абдям (Мамадышского уезда) от коих на 14 верст.

Деревня эта другого названия не имеет, а только оно крещеными употребляется сокращенно: Саурыш. Большими Саврушами она названа в отличие только от других соседних (татарской деревни) Савруш, находящихся в двух верстах на северо-востоке; кроме же этого, еще никакого другого значения не имеет.

Деревня Большие Савруши, по сказкам стариков, сначала существовала на другом месте – на самой Комаровской дороге в селе Абди, где теперь находится пустое поле, засеваемое хлебом, где и до сего времени существуют часовня (столб) без иконы и старое кладбище. Тут им проезжающее и наезжающее, в особенности полицейское, чиновенство[23], как они говорят, надоедало ненормальным требованием у них куриц, яиц, масла и т. п., вследствие чего они, оставив то место, уклонились от нее с 1/2 вер[ст] к западу на настоящее место, где и кладбище для погребения умерших образовали они новое, которое теперь находится среди деревни под школой, выстроенной в 1874 году от Братства Св. Гурия. Около 50 лет как уже оставили они и это 2-е кладбище и отвели на 1 вер[сту] от деревни к селу Карабаянам третье кладбище, где в настоящее время хоронят.

Судя по кладбищам и перечислениям к разным приходам, саврушевцы – можно предполагать – крещены давно, но положительных данных мы на этот [предмет] не имеем, равно не можем доказать и той [информации], сколько времени они хоронились на разных кладбищах, и по сколько лет числились при двух прежних приходах, а только известно, со слов стариков, что сначала принадлежали они к селу Абдям, потом к селу Карабаянам, и наконец, с 1869 года к селу Елышеву. Впрочем крещение жителей этих мест, в том числе и Савруш, Е. Малов относит к XVIII веку (см.: Мисс[ионерский] днев[ник], стр. 3, 1872 г.). Но он говорит о Малых Савруш, коих не обретается. Быть может эти же Савруши назывались раньше Малыми по малочисленности душ и дворов в сравнении с соседними другими татарскими Саврушами, что и было на самом деле так, но в настоящее время, наоборот, крещенские Савруши едва не вдвое превышают количеством душ и дворов татарских Савруш, а потому очень естественно могло произойти изменение и в названии деревни из Малых Савруш на Большие Савруши. Увеличилась эта деревня так скоро пришельцами, окрестившимися – как передают саврушевцы – во избежание различных бед и напастей – ссылки в Сибирь и т. п.

Жители деревни Больших Савруш занимаются все хлебопашеством: засевают всех родов хлебородных семян, но только пшеница родится плохо. Земли пахотной у них довольно; число десятин нам неизвестно, но засевают ржи не менее пяти батман на одну душу. Лугов мало, что только в оврагах и долинах, с которых редкий год накашивают более трех копен на одну душу. Лесов около этой местности еще довольно, но пользуются дровами и всем прочим с купки[24]. По примеру жителей соседних деревень, большая часть Больше-Саврушских крещен с недавних времен начала отправляться на зиму жить в Уфимскую, Самарскую и Оренбургскую губернии, где также пропитываются духом магометанства, коим и на родине, как сибирскою язвою, заражают домашних своих, и вообще всех, кого только возможно, вследствие чего расслабленных духом год от году увеличивается. Этому еще способствуют магометанские соседние муллы, коих здесь почти в каждой деревне расплодилось на каждую сотню ревизских душ и все с указами.

Отдел рукописей и редких книг Научной библиотеки

им. Н. И. Лобачевского КФУ, ед. хр. 2244, л. 142-149 об.

 

 

ПРИМЕЧАНИЯ:

[1]. Примечание автора документа: село Елышево, когда еще было оно деревней, Е. Малов описал его в своем миссионерском дневнике совершенно верно, а потому мне привелось только переписать его подлинник с немногими изменениями.

[2]. Примечание составителей: то есть у основания.

[3]. Примечание автора документа: особых данных о времени крещения елышевцев мы тоже не находим, а потому приводились здесь слова Малова подлинником.

[4]. Примечание составителей: речь идет о деревне Три сосны, по-татарски «Өч нарат».

[5]. Примечание составителей: то есть коноплей.

[6]. Примечание автора документа: вот родословие Исаака Феодорова: Исаак Феодоров, Феодор Михайлов, Михаил Логинов, Логин, кажется, уже Елышев. Если же и есть еще звено, то не больше одного.

[7]. Примечание составителей: так написано в тексте, то есть Татьяна.

[8]. Примечание составителей: родословие Татианы: Иван Николаев, Николай Иванов (Татиана Николаева), Иван Петров, Петр… этот Петр, кажется, был уже сам вотяк, или его отец вотяк крестившийся. Еще из вотяков Иван Матвеев, Матвей Герасимов, Герасим Петров, Иван Петров, Степан Петров, Дмитрий Петров и Лука Петров (братья). Последний ушел в деревню Сосновый Мыс. От Дмитрия Петрова происходят братья Василий и Ефим Кириловы – главные подстрекатели крещеных татар к отступничеству в магометанство.

[9]. Примечание составителей: выделения в тексте соответствуют выделениям в документе.

[10]. Примечание автора документа: Логин и Петр Ивановы. Отец их Иван Матвеев, Матвей Герасимов.

[11]. Примечание автора документа: от племени баландышского Токсы ведут свое начало следующие семьи: 1) Никифор Данилов, Данилов отец Аит; 2) Михаил Николаев (теперь жив), Николай Данилов, Даниил Аитов; 3) Феодор Николаев, Николай Данилов… 4) Константин Феодоров; 5) Наум Дмитриев, Дмитрий Михаилов, Михаил брат Аита; 6) Ксенофонт Кондратьев, Кондратий Дмитриев… 7) Герасим Кондратьев брат Ксенофонта; 8) Макар Прокопиев, Пракопий Степанов, который примыкает уже к Токсе; 9) Феодор Леонтьев, Леонтий Артемьев, Артемий из племени Аита Токсы; 10) Антон и Дмитрий Герасимовы, Герасим Иванов, Иван… 11) Алексей Васильев, Василий Иванов брат Герасиму Иванову.

[12]. Примечание составителей: вот его родство: 1) Семен Дмитриев (Семякай), Дмитрий Леонтьев, Леонтий Никифоров, Никифор Бикеев, Бикей Балтачев; 2) Иван Прокопиев, Прокопий Леонтьев, Леонтий Никифоров… 3) Михаил Феодоров, Феодор Прокопиев, Прокопий Леонтьев… 4) Осип Васильев, Василий Иванов, Иван Леонтьев… 5) Давуд Иванов, Иван Семенов, Семен Никифоров, Никифор Бикеев… Все эти родословия показывают, что со времени крещения елышевцев прошло 4-5 колен: а это дает нам повод относить начало крещения их к первой половине XVIII века.

[13]. Примечание составителей: здесь применяется в смысле – разврата, блуда.

[14]. Примечание составителей: здесь применяется в смысле – сильного и беспорядочного шума.

[15]. Примечание составителей: простонародное выражение – имеется в виду местные.

[16]. Примечание составителей: то есть пойменными.

[17]. Примечание составителей: старинная азиатская мера измерения, применявшаяся в некоторых азиатских регионах России в дореволюционный период. Большой казанский батман равнялся 4 1/2 пудам или 73 кг 71 гр. зерна.

[18]. Примечание составителей: по-татарски «озын чәч көеге».

[19]. Примечание составителей: устаревшее слово – в данном случае применяется в смысле здешней.

[20]. Примечание составителей: речь идет о деревне Алан-Полянка Лаишевского уезда Казанской губернии.

[21]. Примечание составителей: по-татарски «җаный».

[22]. Примечание составителей: слово написано неразборчиво.

[23]. Примечание составителей: то есть чиновничество.

[24]. Примечание составителей: так в документе. По всей видимости, автор имел в виду, что местные жители дрова и прочее покупают у жителей соседних селений.

 

Сведения об авторах

 

Багаутдинова Халида Зиннатовна, научный сотрудник отдела историко-культурного наследия народов Республики Татарстан Института истории им. Ш. Марджани АН РТ, г. Казань, Республика Татарстан, Российская Федерация, halida12_61@mail.ru

 

Исхаков Радик Равильевич, кандидат исторических наук, руководитель Центра изучения истории и культуры татар-кряшен и нагайбаков Института истории им. Ш. Марджани АН РТ, г. Казань, Республика Татарстан, Российская Федерация, ishakovist@gmail.com

 

About the authors

Khalida Z. Bagautdinova, Research Scientist at Department of Historical and Cultural Heritage of the Nations of the Republic of Tatarstan, Sh. Mardzhani Institute of History of Academy of Sciences of the Republic of Tatarstan, Kazan, the Republic of Tatarstan, the Russian Federation, halida12_61@mail.ru

 

Radik R. Iskhakov, Candidate of Historical Sciences, Head of Center for the Study of History and Culture of Tatar-Kryashens and Nagaibaks, Sh. Mardzhani Institute of History of Academy of Sciences of the Republic of Tatarstan, Kazan, the Republic of Tatarstan, the Russian Federation, ishakovist@gmail.com

 

В редакцию статья поступила 27.12.2016 г., опубликована:

Багаутдинова, Х. З., Исхаков, Р. Р. Историко-этнографический очерк священника Козьмы Прокопьева «Сведения об Елышевском приходе» (1870-е гг.) // Гасырлар авазы ‒ Эхо веков. ‒ 2017. ‒ № 1/2. ‒ С. 235‒246.

 

Submitted on 27.12.2016, published:

BAGAUTDINOVA, K. Z., ISKHAKOV, R. R. Istoriko-etnograficheskiy ocherk svyashchennika Koz'mi Prokopyeva Svedeniya ob Elishevskom prihode (1870-e gg.) [Historical and ethnographic essay of priest Kozma Prokopyev “Information on Yelishevskiy Parish” (1870s.). In Russ.]. IN: Gasyrlar avazy ‒ Eho vekov, 2017, no. 1/2, pp. 235‒246.

OTHER ARTICLES
 К началу 1917 г. Казанский университет входил в число старейших учебных заведений страны и являлся одним из крупнейших провинциальных научных и образовательных центров. Университе
Первую мировую войну от всех предыдущих военных кампаний отличали невероятные масштабы пленения. За все годы военных действий в плену оказалось восемь миллионов военнослужащих и бо
К 1917 г. дворяне хотя и перестали пользоваться налоговыми и правовыми преимуществами, как это было в XVIII-XIX вв., и практически сравнялись в правах с другими сословиями, но на д
 Одним из наиболее известных центров православия в Среднем Поволжье в дореволюционный период являлся Свияжский Успенско-Богородицкий монастырь, основанный в июле 1555 г.1 Во второй
 Изучение Казанского ханства, в особенности его этносоциальной истории, всегда было затруднено из-за явной недостаточности источников1. Западноевропейские нарративные источники XV
Судебная реформа 1864 г. явила собой преобразование всей судебной системы, порядка уголовного и гражданского процессов в России. Были внесены существенные изменения в судоустройств