Чанышев Р. Н. Казань в биографии американского дипломата Джорджа Фроста Кеннана

ARTICLE TYPE:
Научная статья
ARTICLE LANGUAGE:
Русский
PUBLICATION DATE:
15.06.2021
Purchase an electronic version:
0 rub
Статья представлена в издании
Гасырлар авазы - Эхо веков 1 2021
Ознакомительная часть статьи

Джордж Фрост Кеннан – известный американский дипломат, государственный деятель и историк. Популярность к нему пришла после знаменитой «длинной телеграммы», которую он отправил в Госдепартамент, находясь в московском посольстве зимой 1946 г., в качестве заместителя посла А. Гарримана, доверенного лица президента Франклина Рузвельта. Это был первый обоснованный, структурно выстроенный анализ советской системы, в совокупности с ее историческим прошлым, мотивацией поведения, основными векторами внутренней и внешней политики. Более того, этот спрессованный комплексный анализ СССР, небольшой по объему для полноценного исторического исследования и чересчур обширный для простой телеграммы (около 8 000 слов), был написан одним из немногих на тот момент квалифицированных, образованных специалистов по России.

Кеннан прекрасно знал русский язык и историю, читал русскую классику в оригинале, активно занимался вопросами экономики и политики советского режима. В период своего обучения в Европе на рубеже 1920-1930-х гг., в предверии признания СССР правительством США, Кеннан концентрировался на изучении СССР через доступные ему источники, периодические издания и литературу на русском языке, а также общаясь с русскими эмигрантами.

Оказавшись в первом американском посольстве в Москве в 1933 г. при после У. Буллите, Кеннан был уже сформировавшимся экспертом по России. Таким образом, он получил отличную возможность продолжить изучение интересовавшей его страны изнутри.

«Длинная телеграмма» не была единственной заслугой легендарного политического деятеля. За ней последовали знаменитая «статья Х», «доктрина сдерживания», «план Маршалла», а также ограниченное участие в оформлении «доктрины Трумэна» и некоторых директив СНБ во время работы в Госдепартаменте. Кеннан также работал «послом в СССР»1 в 1952 г., а после окончания государственной карьеры стал заниматься активной научной и преподавательской деятельностью по вопросам советско-американских отношений и внешней политики США.

Как это ни удивительно, но с Ка­-
занью, и отчасти с Казанским университетом, известного американского дипломата, государственного деятеля и историка Джорджа Кеннана связывают несколько прямых и косвенных нитей.

В биографии Джорджа Кеннана, «если сказать осторожно, очень многое связано с Россией, с “русским вопросом”»2. Известный публицист, брат деда Кеннана, тезка Джордж Кеннан – автор знаменитого труда «Сибирь и ссылка» (1891), вышедшего после путешествия автора по России, сыграл огромную роль в его жизни. Именно Кеннан-старший, стоял у истоков сначала просто интереса, а затем глубокого погружения Кеннана-младшего в тему России, ее культуры и народа.

31 мая 1885 г. Кеннан (старший. – Р. Ч.) и «художник фотограф из Бостона»3 Джордж Фрост, создавший иллюстрации для его книги, в честь которого Кеннан-младший получил свое второе имя, отправились по маршруту Москва – Нижний Новгород – Казань – Пермь – Екатеринбург4.

18 июня они были в Тюмени, где для них началась настоящая Сибирь. Здесь находились пересыльная тюрьма и Главное управление ссылок5. Здесь Кеннан начал свой труд, здесь он его и завершил год спустя. За Тюменью следовали Омск и Семипалатинск, далее Алтай, Усть-Каменогорск, Томск, Кара, Качи и Селенгинск. Затем они вернулись в Тюмень и через неделю, 9 марта 1886 г., выехали в Петербург, откуда Кеннан отправился в Лондон и затем в Нью-Йорк. В Америке Кеннан занялся серьезным анализом проделанной работы и начал подготовку серии лекций и статей. Кеннан опирался на встречи с более чем 500 ссыльными, с множеством правительственных чиновников, а также на соответствующую литературу6.

Джордж Кеннан собрал обширный материал по интересовавшей его тематике. Знакомство с огромным количеством политических заключенных сумело полностью изменить его взгляды на российскую действительность. Биографии, письма и интервью, подкрепленные колоритными зарисовками и фотографиями Джорджа Фроста, явились мощным импульсом для трансформации восприятия России не только самим Кеннаном, но и всеми теми, кто знакомился с его трудами.

Кеннан-младший, в свою очередь, оказался в Казани почти случайно.

Во время второго периода пребывания в Москве в качестве дипломатического работника Кеннан совершил небольшую поездку по городам России. Он вспоминает: «Еще летом 1944 г. я подал заявление в Советский МИД с просьбой разрешить мне посетить Западную Сибирь, а в особенности металлургический центр Сталинск-Кузнецк. Этот огромный завод был одной из двух главных строек такого масштаба в 1930-х гг., наряду с более известным Магнитогорским заводом. На последнем часто бывали иностранцы, а в Кузнецке гостей с Запада не было уже несколько лет. Я никогда не видел ведущих советских заводов и счел интересным посетить один из них, к тому же такой, на котором иностранцы редко бывают. К тому же, мне хотелось увидеть и Сибирь, где в XIX в. побывал мой известный родственник. В течение нескольких месяцев после подачи заявления я не получал ответа из МИД и решил, что мое заявление постигла та же участь, что и многих других, которых советские власти, не желая удовлетворять, предпочитали оставлять без ответа. Весной 1945 г., когда я стал уже забывать об этой бумаге, из МИД пришел ответ, что поездка мне разрешена.

Я отправился в путешествие летом (не помню точной даты)… До Новосибирска я ехал четверо суток в крайнем купе спального вагона, отделенный от других пассажиров двумя людьми в форме НКВД, которые “случайно” оказались в соседнем купе. Несколько дней я провел в Новосибирске, осматривая достопримечательности этого быстрорастущего сибирского Чикаго…

В Кузнецке… меня принимали очень хорошо. Мои гостеприимные хозяева постоянно угощали меня разными вкусными вещами, от которых они отвыкли за время войны и которым сами очень радовались. Как и мой друг, партийный работник из Новосибирска, они были настроены радушно и очень дружественно…

Обратно в Москву я возвращался на самолете. Это путешествие заняло три дня, с посадками в Челябинске и Казани»7.

Период пребывания в Казани занимает определенное место в дневнике Кеннана. Кеннан пишет, что в тот день, когда он планировал покинуть Казань, ему стало известно, что Москва из-за парада Победы (24 июня 1945 г.) не может принять больше самолетов. Поэтому ему пришлось ночевать в отеле при аэропорте.

На следующий день Кеннан вместе с сопровождающими решил осмотреть Казань. В дневнике Кеннан описывает разные улочки и парк развлечений. Именно в парк потом приехала специальная машина из НКВД, на которой он продолжил свой осмотр достопримечательностей города.

«Мы купили семечки и двинулись в парк, – вспоминает Кеннан, – но вскоре решили, что там слишком людно и подумали, что мы лучше посмотрим центр города, мы прошлись по длинной, широкой, трехполосной улице, с красивыми большими зданиями, которые отображали дореволюционный университетский городок. Некоторые из зданий были переделаны в военные госпитали… Было приятно и как-то по-домашнему, если не сказать по-простому, прогуливаться по улицам города реки Волги летним вечером, философично рассеивая шелуху семечек перед собой во время прогулки… Я смог почти забыть, что был иностранцем в стране, управляемой людьми подозрительными и недоверчивыми к иностранцам»8.

Последующее путешествие Кеннан продолжил уже в машине: «Джип отвез нас в центр города. Я был зачарован этим местом: его атмосферой благополучного торгово-речного и университетского города, его белыми строениями, башнями Кремля, сиявшими при свете луны»9.

«Я был повержен тем, – возмущенно писал дипломат, – что, несмотря на то что это место было более значительным, чем Новосибирск, вы слышите о нем меньше. Это, как мне кажется, потому что это первый и самый значительный царский город в большей степени, чем советский. Возможно, это и потому, что это центр Татарской Республики; политические отклики татар не были чем-то желанным в последнее время»10.

Итак, спустя почти шестьдесят лет после приезда Кеннана-старшего, Казань буквально покорила Кеннана-младшего. Примечательно также то, что почти через сорок пять лет после знаменитого дипломата Казань посетил известный биограф Джорджа Фроста Кеннана Уолтер Хиксон.

О. В. Бодров, автор монографии «Новистика в Казанском университете, 1943-2003» (2004), таким образом оценивает пребывание американского ученого в Казани: «Положительную роль сыграло пребывание на кафедре в 1989/90 учебном году ассистента профессора Уолтера Л. Хиксона из Акронского университета (США), приехавшего по программе Фулбрайта. Он прочитал цикл лекций по новейшей истории США, перенимал российский опыт преподавания зарубежной истории, делился основными учебно-методическими принципами работы в американских вузах, собирал материал по теме своей научной работы. Эта стажировка явилась обоюдополезной как в научных, так и человеческих контактах»11.

Таким образом, мы обнаруживаем три ярких факта, так или иначе связывающие судьбу известного американского дипломата с Казанью. Поражает то, с какой точностью Джордж Кеннан, находясь весьма короткий срок в Казани, сумел быстро уловить основные архитектурные, исторические и социально-политические особенности города.

 

ПРИМЕЧАНИЯ:

1. Письмо временного поверенного в делах США в СССР Х. С. Камминга исполняющему обязанности министра иностранных дел СССР А. А. Громыко об агремане на назначение послом в СССР Д. Ф. Кеннана. 1 декабря. 1951 года. // Советско-американские отношения. 1949-1952 / Под ред. Г. Н. Севостьянова; Сост. В. М. Семенов, И. В. Макаревич, А. И. Петренко. – М.: МФД: Материк, 2006. – С. 487.

2. Мальков В. Л. Россия и США в ХХ веке: очерки истории международных отношений и дипломатии в социокультурном контексте. – М.: Наука, 2009. – С. 432.

3. Congdon L. George Kennan: a writing life. – Wilmington, Del.: ISI Books, 2008. – Р. 6.

4. Дэвис Д. Э., Трани Ю. П. Кривые зеркала. – М.: Вагриус, 2009. – С. 34.

5. Там же. – С. 35.

6. Там же. – С. 40.

7. Кеннан Дж. Дипломатия Второй мировой глазами американского посла в СССР Джорджа Кеннана. – М.: ЗАО Центрполиграф, 2002. – С. 176-178.

8. Kennan G. F. Sketches from a Life. – N. Y.: W.W. Norton & Company, 1989. – Р. 106.

9. Ibid. – Р. 107.

10. Ibid.

11. Бодров О. В. Новистика в Казанском университете, 1943-2003. – Казань: Изд-во Казанск. ун-та, 2004. – С. 69.

Для получения доступа к полному содержанию статьи необходимо приобрести статью либо оформить подписку.
0 руб.
OTHER ARTICLES
На примере Лаишевского уезда рассматривается функционирование наиболее распространенного типа школ второй половины XIX – начала XX в. – земских.
На основе ранее изданных работ и архивных документов, раскрывается вклад фабрикантов Дебердеевых, проживавших в с. Пенделка Кузнецкого уезда Саратовской губернии, в развитие школьн
Данное исследование посвящено теме домашних краж, совершенных женщинами, работающими в услужении на территории Таврической губернии конца XIX – начала XX в.
В статье обобщается накопленный материал о деятельности общественных организаций, созданных специально для оказания помощи населению Казанской губернии, пострадавшему от неурожая и
Статья посвящена изучению нескольких эпизодов из парадной истории российского самодержавия – посещений Казани в 30-х и начале 70-х гг. XIX в. наследником престола, а затем императо
В статье представлена информация о хранящихся в Архиве Российской академии наук документах, посвященных вопросам периодизации истории татарской литературы.