Ишмухамедова Р. И. Вклад фабрикантов Дебердеевых в модернизацию татарского школьного образования в Саратовской губернии (конец X

ARTICLE TYPE:
Научная статья
ARTICLE LANGUAGE:
Русский
PUBLICATION DATE:
15.06.2021
Purchase an electronic version:
0 rub
Статья представлена в издании
Гасырлар авазы - Эхо веков 1 2021
Ознакомительная часть статьи

Правительство Александра II утвержденными 26 марта 1870 г. «Правилами о мерах к образованию населяющих Россию инородцев» задало определенное либеральное направление государственной политике. Последняя состояла во внедрении в систему образования инородцев-мусульман русского языка и русской грамоты, при безусловном сохранении верноподданнического консервативно-охранительного характера названной сферы. Вмешательство властных структур в образование инородцев было сведено к минимуму при полном отсутствии какой-либо помощи со стороны государства. Такое положение до поры до времени устраивало обе стороны.

Однако вызванные крестьянской и другими либеральными реформами 1860-1870-х гг. социально-экономические изменения в обществе выдвинули перед российской системой образования, в том числе и татарской, новые требования.

Изучению темы татарского предпринимательства, вклада купечества в развитие образования, благотворительности и в создание сферы культурного общения посвящены исследования Р. Р. Салихова1, Л. Р. Габдрафиковой2, Н. И. Таирова3, М. М. Имашевой4, Л. Мухамедовой5 и др.

Система мусульманского образования у татар Саратовской губернии функционировала и развивалась в пореформенный период в общем русле национального татарского образования. Вплоть до конца XIX в. фактически единственным институтом приобщения детей татарского крестьянства Саратовской губернии к грамоте оставались конфессиональные мусульманские училища – мектебы и медресе. Абсолютное большинство среди них занимали школы начального образования – мектебы, срок обучения в которых составлял в среднем четыре года, начиная с возраста 7-8 лет. В училищах более высокого типа – медресе – обучение исламскому богословию, праву и арабской грамоте могло продолжаться 7-8 лет, а иногда и дольше. Выпускники медресе могли претендовать на должности имамов и мударисов (учителей). Таких училищ в губернии вплоть до 1890-х гг. было мало. По данным одного из источников, в 1881 г. имелось всего четыре медресе: одно – в деревне Бигеево (Новая Терешка), два – в деревне Зимницы Хвалынского уезда и одно – в деревне Пенделка Кузнецкого уезда6.

К началу XX в. стал наблюдаться рост числа мектебов и медресе, количества учащихся в них7. По уровню грамотности и охвату детей обучением татары превосходили своих соседей, мордву и чувашей, не уступая великороссам. Вместе с тем, слабая вовлеченность саратовского татарского крестьянского населения в промышленную деятельность и низкий уровень урбанизации обусловили значительное их отставание в социокультурном отношении от татар Казанской, Астраханской, Оренбургской и некоторых других губерний. Процесс модернизации народного образования шел крайне медленно. К началу XX в. в губернии не было ни одного русского класса в медресе, ни одного русско-татарского училища.

В целом система образования у российских татар нуждалась в глубоком реформировании. Борьба за новую школу началась еще в 1880-1890-е гг., но в решающую фазу вступила в первое десятилетие XX в. Она разворачивалась под знаменем джадидизма. Процесс модернизации начался с введения предложенного крымским татарином Исмаилом Гаспринским нового, звукового метода обучения грамоте «ысул-и джадид» и охватил все стороны жизни татарского общества, стал синонимом национального обновления и прогресса. Основу джадидистского движения составляла реформа школьного образования. Это начинание было подхвачено и развито волго-уральскими татарами. При этом были изменены программы, содержание и организация учебного процесса и т. д.

В эту крайне важную для будущего нации работу свой вклад внесли как передовые представители мусульманского духовенства (Г. Баруди, Р. Фахретдин и др.), так и светские интеллигенты (Ю. Акчура, И. Гаспринский, Ф. Карими и др.). Реформаторы получили большую поддержку со стороны многих представителей нарождающейся буржуазии. Среди последних можно назвать казанских купцов Апанаевых, М. И. Галеева, оренбургских купцов братьев Хусаиновых, золотопромышленников Рамиевых, купца из Троицка Яушева, симбирских фабрикантов Акчуриных. К этой плеяде принадлежали и суконные фабриканты из Кузнецкого уезда Саратовской губернии Дебердеевы.

Дебердеевы – старинный татарский княжеский род. Известно, что в 1554 г. богатый татарский мурза Кутый Теребердеев приобрел у Темниковского мордвина Чуваша Чалдина его бортные ухожия и вотчину – деревню Коняково вместе с жителями – мордвой (ныне с. Подгорное Канаково Темниковского района Республики Мордовия). В 1685 г. потомки Кутыя, «Акбулат и Смольян мурзы Ишмаметовы сыновья князья Теребердеевы и Хантей мурза Смольянов сын князь Теребердеев», были в числе служилых татар, получивших поместную землю на левом притоке Суры, реке Кададе, и основавших здесь деревню Пенделку8. В дальнейшем их фамилия приобрела более сокращенный вид – «Идебердеевы». В 1789 г. «Бахтей мурза Темаев сын князь Идебердеев» из д. Пенделки обратился с доношением в Саратовское наместническое правление о признании дворянского достоинства. После долгих хождений по столичным канцеляриям в 1840 г. дело было возвращено в Саратов с отрицательной резолюцией «За недостаточностью документов»9. За это время фамилия приняла новый и окончательный вид – «Дебердеев».

В XIX в. некоторые представители рода Дебердеевых занялись торговлей и достигли в этом деле больших успехов. Первыми свидетельства на купечество получили в 1835 г. Абдулзелил Ибрагимов Дебердеев и Абдулла Тимербулатов Дебердеев. Особенно больших успехов в коммерции добились внуки Адикая Алмаева Дебердеева – Абдулнасыр и Абдулмяннян Субханкуловичи. В 1849 г. второй сын Абдулнасыра Мустафа построил в д. Пенделке первую суконную фабрику. В 1853 г. его примеру последовал Абдулмяннян Дебердеев. В 1856 г. в д. Пенделке заработала суконная фабрика Мусы Субханкуловича Дебердеева. В последующие годы были построены фабрики в д. Верхозим и с. Мордовский Камешкир. В дальнейшем производство расширялось, прибыли росли.

В 1870-е гг. годовая выработка у братьев Мустафы и Яхъи Абдулнасыровичей Дебердеевых достигла 300 тысяч аршин армейского сукна. В год предприятие перерабатывало 70 тысяч пудов шерсти. В конце XIX в. при фабриках были построены первые жилые дома для рабочих, открывались школы, библиотеки, лечебные учреждения. Славные дела старших Дебердеевых продолжали сыновья Абдулмянняна Субханкуловича – Ишмухамед, Махмут, Ахмеджан и Абдул. В 1880-е гг. они создали промышленно-торговое товарищество «Ишмухамед Дебердеев с братьями», объединившее суконную фабрику в селе Верхозим и две ткацкие фабрики в деревне Пенделке10. На фабриках, производивших армейское сукно, работало до 1 500 человек. В Саратове и Симбирске у товарищества были свои склады-магазины. Пайщиками товарищества были потомки Абдулмянняна Дебердеева, потомственные почетные граждане Ишмухамед Абдулмяннянович Дебердеев, Махмут Абдулмяннянович Дебердеев, Ахмеджан Абдулмяннянович Дебердеев, Мухамед-Юсуф Мухамед-Аминович Дебердеев, Мухамед-Якуб Афендиярович Акчурин и потомственные почетные гражданки Биби-Фатыма Хабибулловна Дебердеева, Хоршиб-Бану Асфендияровна Дебердеева и Биби-Марьям Асфендиярова Дебердеева. В год предприятие перерабатывало до 70 тысяч пудов шерсти. В конце XIX в. при фабриках были построены первые жилые дома для рабочих. На 1 апреля 1901 г. чистая прибыль товарищества составила 55 253 рубля11.

Братья Дебердеевы находились в близких отношениях с симбирскими фабрикантами Акчуриными и зачинателем нового, звукового метода обучения грамоте – «ысул-и джадид» – И. Гаспринским. Они без колебаний поддержали новый, более эффективный метод обучения и стали вводить его в открытых при фабриках частных школах.

Первая в Саратовской губернии новометодная школа появилась, судя по сообщению газеты «Тарджеман» (Переводчик), в 1892 г. в д. Верхозим Кузнецкого уезда. В этой деревне, как уже отмечалось, находилась одна из суконных фабрик товарищества «Ишмухамед Дебердеев с братьями». Корреспондент сообщал: «По окончании учебного года происходили экзамены, на которых дети показывали уменье читать и писать, знание четырех правил арифметики и начал мусульманской веры и службы. Многие были удивлены и все обрадованы неожиданным успехам, благодаря новому методу преподавания. Покровители мектебе гг. Ишмухамед и Махмуд Дебердеевы наградили учеников одеждой, книгами и подарками…»12. В 1901 г. на содержание школы было выделено 662 рубля.

В начале XX в. учителями в двух пенделковских школах работали крестьяне Симбирской губернии Шайдулла Айзатуллин Резепов и Хайрулла Айзатуллин Усманов. В Пенделке под попечительством жены Ишмухамеда Дебердеева Биби-Фатымы Акчуриной-Дебердеевой работала также школа для девочек. Еще одна женская школа была открыта при фабрике Дебердеевых в с. Верхозим под попечением жены Махмуда Дебердеева Марьям.

Братья Дебердеевы, поспособствовали тому, чтобы новый метод был введен в практику обучения детей в мусульманских школах в татарских деревнях Кузнецкого и Петровского уездов. При этом они приглашали со стороны подготовленных учителей – мугаллимов, выплачивали им жалованье, обеспечивали школы учебной литературой.

Так, в д. Могилки Кузнецкого уезда учителем в одной из новометодных школ работал мещанин Сеитовского посада Оренбургской губернии Хайрулла Хабибуллович Реимов13. В д. Суляевке Петровского уезда, как сообщал в Саратов земский начальник Языков, «выписанный учитель» Алляметдин Хантемиров, «уроженец Казанской губернии, обучавшийся в медресе “Мухаммадия” у Галимджана Баруди, учит детей по новому методу»14.

О братьях Ишмухамеде и Махмуде Дебердеевых земский начальник писал следующее: «Дебердеевы относительно довольно развитые татары (выписывают несколько газет), ревнители религии (построили две мечети, одна в Саратове) и, несомненно, имеют большое влияние по всей округе, благодаря своему имущественному положению и широкой благотворительности. За последние два года ими выписаны из Казани учителя в Пенделку, Кунчерово, Могилки Кузнецкого уезда, Вершаут и Суляевку Петровского уезда для обучения по звуковому методу. При этом суляевский учитель получает от Дебердеевых содержание 60 рублей за зиму»15.

Внедрение «ысул-и джадид» в практику работы мусульманских школ вызывало недовольство и даже противодействие со стороны старых мулл, которые на протяжении десятилетий держали в своих руках дело обучения и воспитания юношества и привыкли работать по старинке. В татарском обществе развернулась внутренняя умственная борьба между «стародумами» (кадимистами) и «прогрессистами» (джадидистами). К последним относились молодые муллы, получившие образование в передовых медресе Казани («Мухаммадия» или Галеевское), Оренбурга («Хусаиния»), Касимова (Кастровское). Это новое явление было замечено официальной властью, обсуждалось в русском обществе. Оно, так или иначе, затронуло и фабрикантов Дебердеевых.

В своем доношении в Саратов упомянутый выше земский начальник 5 участка Петровского уезда Языков так описывал позицию братьев Дебердеевых: «При разговорах они были весьма уклончивы от целей, ожидаемых от образования народа, придавая этому значение лишь умственного развития, необходимого для понимания правил Корана, Шариата по применению к домашнему обиходу… По отзывам Дебердеевых, вражда между старыми муллами и новыми (молодыми и более учеными) происходит из ревности, т. к. последние достигают звуковой методой скорейших результатов»16.

Понятно, что это было лишь одно из возможных объяснений того, что происходило в татарском обществе в самом начале XX в. Как указывал тот же Языков, «не так объясняют сами муллы обоих категорий». Приверженцы старины, писал он, «настаивают на неизменности обычаев, предписанных Законом их, возможности полного игнорирования обычаев при большем развитии молодежи, следствием чего неминуемо должен явиться упадок религии и слияние местных татар с русскими»17.

Позиция новаторов состояла в том, чтобы при помощи новых, более эффективных методов и способов быстрее поднять образовательный и культурный уровень татарского населения, приобщить татар к достижениям мировой цивилизации, не теряя при этом мусульманской веры.

Мнение официальной власти в данном вопросе довольно точно выразил в своем рапорте губернатору Мещерскому кузнецкий уездный исправник, который считал, что во введении упрощенного способа обучения по системе И. Гаспринского «ничего такого нет, чтобы было вредно в интересах как мусульманского населения, а также равно и вообще в видах общегосударственных»18.

Итак, государственная политика в сфере мусульманского образования в Саратовской губернии в пореформенный период заключалась в том, чтобы приобщить татарское население к русскому языку и русской грамоте. В качестве основного средства для реализации данной задачи было определено открытие в местах компактного проживания татар правительственных русско-татарских начальных училищ. Однако правительство и губернская администрация, не получив поддержки в данном вопросе со стороны татарского населения, находившегося под влиянием фанатичного мусульманского духовенства, не предпринимали энергичных усилий для осуществления либеральных положений «Правил о мерах к образованию населяющих Россию инородцев» от 26 марта 1870 г.

В этих условиях именно частная инициатива стала основным двигателем просвещения. Пожертвования в сферу народного образования становились все более частыми и значительными. Успешному развитию данного направления способствовала поддержка со стороны передовых представителей формирующейся национальной буржуазии. В Саратовской губернии такими предпринимателями были фабриканты-суконщики из Кузнецкого уезда, представители династии князей Дебердеевых – братья Ишмухамед и Махмуд, а также их жены Биби-Фатьма и Марьям. По их инициативе в 1891-1892 гг. были открыты первые новометодные школы в татарских деревнях Демино, Верхозим и Пенделке Кузнецкого уезда. К 1901 г. таких школ в губернии насчитывалась 21 из общего числа 112 мектебов и медресе. По данному показателю губерния занимала одну из передовых в поволжско-уральском регионе позиций. Причем достигалось это, в основном, за счет Кузнецкого уезда и во многом благодаря стараниям благотворителей Дебердеевых.

ПРИМЕЧАНИЯ:

Салихов Р. Р. Татарская буржуазия Казани и национальные реформы второй половины XIX – начала XX в. – Казань, 2004. – 260 с.

Габдрафикова Л. Р. Повседневная жизнь городских татар в условиях буржуазных преобразований второй половины XIX – начала XX века. – Казань, 2013. – 384 с.

Таиров Н. И. Татарские предприниматели в жизни мусульманских общин Поволжья и Приуралья (второй половины XIX – начала XX в.) // Вестник Казанского государственного университета культуры и искусств. – 2011. – № 2. – С. 77-81; он же. Татарские предприниматели и школьное образование в Поволжье и Приуралье (вторая половина XIX – начало XX в.) // Новый исторический вестник. – 2008. – № 2 (18). – С. 50-56.

Имашева М. М. Социально-экономическая и общественная деятельность мусульманского предпринимательства Астраханской губернии (конец XVIII – начало XX в.): Автореф. дис. ... канд. ист. наук. – Грозный, 2016. – 55 с.

Мухамадеева Л. Татарские предприниматели и обновленческое движение в конце XIX – начале XX века. (На примере купцов Сайдашевых) // Минбар. – № 1(8). – 2012. – С. 3-7.

Саратовский сборник. – Саратов, 1882. – Вып. 2. – С. 21-22.

Ишмухамедова Р. И. Школьное образование среди татар Саратовской губернии во второй половине XIX – начале XX в. Автореф. дис. ... канд. ист. наук. – Саратов, 2019. – С. 21.

Татары Саратовского Поволжья: энциклопедический справочник. – Саратов: Кубик, 2020. – С. 63.

Государственный архив Саратовской области (ГАСО), ф. 19, оп. 2, д. 44, л. 2-3.

Там же, ф. 2, оп. 1, д. 6524, л. 2, 5; ф. 1, оп. 1, д. 1941, л. 2, 4.

Татары Саратовского Поволжья: энциклопедический справочник. – Саратов: Кубик, 2020. – С. 150.

Переводчик. – 23 августа. – 1892. – № 30. – С. 2.

История татар с древнейших времен в семи томах. Т. VI. Формирование татарской нации XIX – начало XX в. – Казань, 2013. – С. 957.

ГАСО, ф. 1, оп. 1, д. 6288, л. 14 об.

Там же, л. 15.

Там же.

Там же.

Там же, л. 33.

 

Письмо земского начальника И. Языкова саратовскому губернатору Б. Б. Мещерскому

20 февраля 1901 г.

Вследствие предложения вашего сиятельства от 10 января за № 276, мною было произведено возможно подробное расследование по указанным вопросам.

Во вверенном мне 5-ом участке, в котором только две больших татарских деревни – Яковлевка и Суляевка граничат с Кузнецким уездом, где татарских деревень значительно больше. Полагая что и смежные со мной земские начальники Кузнецкого уезда г. Шадринский и г. Добров получили от вашего сиятельства подобные мне предложения, тем не менее, я нашел нужным начать собирать сведения с южной части Кузнецкого уезда, откуда, как знал раньше, исходит инициатива введения в местных татарских школах (мектебах) при мечетях нового метода обучения грамоте по звуковой методе. В 14 верстах от меня находится большая суконная фабрика Ишмухамеда Дебердеева с братьями, владельцы очень состоятельные и имеют сношение с Турцией (предоставили свои сукна для турецкой армии); один из братьев Абдулла Дебердеев лет восемь тому назад женился на турчанке, дочери паши, и поселился в Константинополе; кроме того, издатель газеты «Переводчик» в Крыму Исмаил Гаспринский доводится Дебердеевым свояком, и время от времени они навещают брата и Гаспринского. С Дебердеевыми мне приходится видеться несколько раз в год по продаже им хлеба и леса, и года два тому назад они давали мне читать газету Гаспринского, причем говорили, что он издает разные учебники по новой звуковой методике. При разговорах они были весьма уклончивы от целей ожидаемых от образования народа, придавая тому значение лишь умственного развития, необходимого для понимания правил Корана и Шариата по применению к домашнему обиходу. Дебердеевы относительно довольно развитые татары (выписывают несколько газет), ревнители религии (построили две мечети, одна в Саратове) и несомненно имеют большое влияние по всей округе, благодаря своему имущественному положению и широкой благотворительности. За последние два года они выписали из Казани учителя в Пенделку, Кунчерово, Могилки Кузнецкого уезда и Вершаут и Суляевку Петровского уезда для обучения по звуковой методике, при том суляевский учитель получает от Дебердеева и содержание 60 р[уб.] за зиму, прибыл только прошлой осенью как помощник муллы, который уже три года сам учит по звуковой методе. В Суляевке 4 мечети, и деревня разбита на два прихода, при двух главных мечетях выстроены школы, в которых обучаются в каждой по 120 мальчиков; девочки учатся на домах у жен мулл по старой методике, начали их учить уже лет 10, с целью приобретения матерями большого влияния на детей и чтобы иметь в лице жен и незамужних дочерей бесплатных учителей. Выписанный учитель Алля Мутатдин Кантемиров, уроженец Казанской губернии Спасского уезда, 6 лет был в Казанском училище (мударрис) Алиджама Галиева, проживает здесь по паспорту, свидетельства на право учительствовать не имеет. В деревне Яковлевка три мечети, и при каждой особая школа (всего до 200 мальчиков); учат муллы по старой методе и пока не желают переходить к звуковой,.. результата полемики между приверженцами старины и новаторами. Девочки в Яковлевке учатся у грамотных баб (до 50 девочек).

Учебники в некоторых школах выписываются средствами Дебердеевых из Казани, есть и константинопольские издания. Газета Гаспринского «Переводчик» за последние года выписывается десятками экземпляров преимущественно в Кузнецкий уезд, направление ее не без тенденций. Наблюдение за школами лежит на обязанности ахунов (Вершаут), назначенных Духовным собранием (Оренбург) куда муллы ежегодно через становых приставов представляют отчеты. По отзывам Дебердеевых вражда между старыми муллами и новыми (молодыми и более учеными) происходит из ревности, т.к. последние достигают звуковой методой скорейших результатов. Не так объясняют сами муллы обеих категорий. По их убеждению, новый метод, хотя и скорейший, но претит им своим сходством с православным обучением, где в школах сидят за партами, а не на полу по-турецки, ходят обутыми. Тогда как по закону подлежит учиться и молиться без обуви, графитных досок они не допускают, главное же – приверженцы старины настаивают на неизменности обычаев, предложенных законом, их возможности полного игнорирования обычаев, при большем развитии молодежи, следствием чего неминуемо должен явиться упадок религии и слияние местных татар с русскими, что они муллы, хотя и русские подданные, допустить не могут. В брошюрах, издаваемых в Казани стародумами, уместно обвиняют новаторов в стремлении искоренить многие обычаи старины, указанные законом, или несомненно могут ослабить их влияние.

Местные муллы мало образованы, не все даже учились в высшей их школе (мударрис) и новое влияние, идущее из центров мусульманства, коснулось их слегка.

Земский начальник 5 участка И. Языков.

ГАСО, ф. 1, оп. 1, д. 6288, л. 14а-16.

Для получения доступа к полному содержанию статьи необходимо приобрести статью либо оформить подписку.
0 руб.
OTHER ARTICLES
На примере Лаишевского уезда рассматривается функционирование наиболее распространенного типа школ второй половины XIX – начала XX в. – земских.
Данное исследование посвящено теме домашних краж, совершенных женщинами, работающими в услужении на территории Таврической губернии конца XIX – начала XX в.
В статье обобщается накопленный материал о деятельности общественных организаций, созданных специально для оказания помощи населению Казанской губернии, пострадавшему от неурожая и
Джордж Фрост Кеннан является одним из ярких представителей эпохи «Холодной войны». В статье автор рассматривает эпизод посещения Казани известным американским дипломатом, которое с
Статья посвящена изучению нескольких эпизодов из парадной истории российского самодержавия – посещений Казани в 30-х и начале 70-х гг. XIX в. наследником престола, а затем императо
В статье представлена информация о хранящихся в Архиве Российской академии наук документах, посвященных вопросам периодизации истории татарской литературы.